Цитаты на тему «» — страница 50

Нарушение моды королями становится модой для их подданных.

Я солдат, а настоящий солдат всегда предпочтет унижению смерть .

Права личности, оговоренные в Конституции, могут быть обеспечены только усилиями общества в целом. А для этого общество должно быть устойчивым. И, соответственно, в понятие прав личности недопустимо включать то, что прямо противоречит устойчивости общества, поскольку тогда мы ставим взаимо противоречивые задачи.

На какой бы ни пришел вокзал
и кого бы я ни провожал
сердце , словно плакальщица, воет.
Где тот дух , что вдохновлял жену
слать бесслезно мужа на войну!
Впрочем, не жена я и не воин .

Каждому в жизни стоит выговорить хотя бы одно внятное предложение .

Неважно, как все обстоит на самом деле, что будет, то будет, а что было, то было, и какая, к чертям собачьим, разница , как это выглядело со стороны. Только мои личные ощущения и впечатления имеют какой-то смысл , они — опыт , а опыт — единственное имущество , которое можно забрать с собой если не в могилу, то, по крайней мере, на ее край . Глядишь — пригодится. Ну мало ли.

Я так воспитан, что я считаю, что женщин бить нельзя. Я полностью поддерживаю эту политику. Но, парни, согласитесь, бывают такие ситуации , когда хотелось бы щёлкнуть девушке. И, девушки , согласитесь, бывают такие моменты, когда вы стоите и думаете: «Фух, слава Богу, нас нельзя бить!»

Тот, кто создает счастливый конец , сам, как правило, в нем не участвует.

— Встань на колени или умри! Слишком гордый? Может, мертвый ты принесешь больше пользы людям?
— Во мне больше не осталось гордости. Все, что я сейчас сделаю, я делаю ради моих людей и Камелота, и пусть они простят меня. Это мой последний указ, как короля. Ничего не бойтесь. Ничто не вечно. Я король Артур из Камелота, я приказываю вам всем... к бою! Деритесь, как никогда ! Не сдавайтесь! Никогда не сдавайтесь!

В луче света пляшут пылинки. Танец их прост и незатейлив. Они кружатся, взмывают, чтобы опуститься, сталкиваются, чтобы спустя миг разлететься в разные стороны. Прах к праху, свет к свету. За их танцем можно наблюдать вечно. Но вечность – фигура речи, не более. Во тьме космоса пляшут солнца. Танец их сложен и грандиозен. Они летят, вспыхивают, чтобы погаснуть, сжимаются, чтобы взорваться и прожечь насквозь шелковую подкладку мироздания. Мрак к мраку, свет к свету. Звезды-слоны, звезды-кони, звезды-олени – части вселенской карусели. Но карусель – фигура речи, не более. В органической каше, густо замешанной на страхе и страсти , булькают люди . Их бульканье похоже на кваканье жаб в пруду. Они кипят, развариваются, преют, сдабриваются маслом, ложатся бок-о-бок; ах, эти мелкие людишки заварят кашу, уж будьте уверены… Крупинка к крупинке, судьба к судьбе. Где-то там, в общей кастрюле, на дне – я. Я – тоже фигура речи. Не более.

— Никак не пойму…почему ты со мной так возишься? Я ничего хорошего тебе не сделал… Я только причинял боль…
— Это не правда… Ты — мой первый поцелуй…моя первая любовь… Эти вещи бесценны…они всегда будут со мной…
— Знаешь, а я не псих…я, просто без ума…от тебя. Я тебя люблю.
— Я тоже тебя люблю.

— Это ты, подлец, баньку топишь?
— Да так. Чуть-чуть подправил. А то уж больно у вас тут дерьмовая погодка. Доложу я вам... Хе-хе-хе-хе.

Над полем жизни вьётся мотылёк,
Полёт на слабых крыльях невысок.
Напрасно мама просит подождать,
Судьбу стремится юность испытать.
А в небе звёзды яркие горят,
Влекут они девчонок-мотылят.
Как скучно им, что мама говорит,
И в небо юный мотылёк летит.

— Ну и долго это будет продолжаться, а? Между прочим, здесь уважаемые люди живут!
— У нас теперь нет уважаемых. У нас есть теперь те — которым можно, и те — которым нельзя.

— Почему ты всегда чудишь?
— Я деревенская сумасшедшая, это моя работа .

Если лидер захочет доверия, могущества и выигрыша, то отдаст всего этого ровно столько, сколько сам захочет.

Сущностью религии является мораль .

Жизнь всегда будет наполнена трудностями, и у нас всегда будет много работы, чтобы сделать наш мир лучше.

И слово, сорвалось с твоих уст
ЛЮБЛЮ!
Этот звук для него слишком пуст.

Долг — это уважение к праву другого.