Цитаты на тему «» — страница 33

Смерть — великий миротворец.

— Но мне нужна помощь . Я вернулся, чтобы закончить обучение.
— Обучение тебе не нужно. Уже знаешь ты, что нужно тебе.
— Значит, я Джедай?
— О... хе-хе-хе... кхм... ещё нет . Ещё одно остаётся — Вейдер. Ты должен сразиться с Вейдером. Тогда, только тогда Джедаем будешь ты. Сразишься с ним ты.

— Когда-то давно я был оптимистом. Я верил в чудеса . Но знаете ли, что случилось? Я постарел. А мир стал низменнее. Раньше я служил Богу и верил в него всем моим сердцем, до мозга костей, — глаза его слегка сузились, как будто он смотрел на что-то очень далекое через огонь , — как я сказал, это было очень давно. Раньше я был оптимистом, а теперь... Думаю, я стал оппортунистом. Я всегда хорошо мог судить, куда дует ветер , и должен сказать, что теперь сужу о Боге, или о силе, которую мы принимаем за Бога, как об очень-очень слабом. Гаснущая свеча, если хотите, окруженная тьмой. И тьма смыкается.

Я человек планирования. Я всегда чётко представляю себе цель и иду к ней. Я уверена, если ты много работаешь, ты много получишь. У тебя просто не может не получиться.

Жизнь интересна, потому что она когда-нибудь закончится. Страх того, что ты не знаешь, когда она кончится, дает тебе ощущение жизни . На первый взгляд , это кажется противоречием, что смерть , являющаяся противоположностью жизни , увеличивает ее ценность , но на самом деле в этом и есть главный смысл . Я даже задумался о том, что, возможно, все в нашем мире работает по схожему принципу.

Оказывается, мои честные глаза делают меня похожим на психа.

Выходите за ворота
И не бойтесь поворота.

Практика без теории ценнее, чем теория без практики.

Есть области, где шутка неуместна, и вещи , о которых нужно говорить с уважением или совсем молчать за отсутствием этого чувства вообще.

Неуверенность разрушила столько возможностей.

Если ваш мужчина женат, жаден, относится к вам не серьёзно или вы у него одна из многих, но при этом вы не можете его бросить прямо сейчас — с ним можно особо не церемониться.

Мы идем по дороге,
Но не знаем куда.
У нас нету карты
И кончилась еда,
Наш приятель Лайзек оказался парнем -
Вот это БЕДА !

Кретин, если бы я не был кучерявым, набил бы тебе морду.

Меня зовут Дони Смит, и во мне много нерастраченной любви

А теперь — как с «Вальсом Голубого Дуная». Держи меня за руку. Крепко-крепко. — Она говорит: — И не раздумывай ни о чем. Просто беги.

Очень хочу похудеть, но больше десяти килограммов сбросить не могу. Да и друзья говорят: «Зачем тебе худеть? Весь шарм потеряешь». Вот и хожу такая вся из себя шарманистая!

Если мы считаем, что цель нашей жизни — ублажать наше материальное «я» и обеспечивать его всем необходимым, и что такое материальное благополучие и есть высшее счастье , мы принимаем низ за верх и иллюзию за правду. Материальность нашей жизни — следствие материальности наших тел. Мы — «черви земные», поскольку привязаны к земле своими стремлениями. Если мы сумеем встать на путь эволюции, которая сделает нас менее материальными, более тонкими, возвышенными, возникнет совершенно иная цивилизация . То, что кажется нам теперь нужным, то, без чего мы не можем обойтись, станет тогда абсолютно бесполезным; если наше сознание сможет переноситься со скоростью мысли в любую точку земного шара, прежние транспортные средства и средства связи нам уже не потребуются. По мере того, как мы всё глубже погружаемся в материю, приспособления, которыми мы вынуждены поддерживать свою жизнь , становятся тоже всё более материальными; но сущностный и могущественный бог в человеке не материален — в обычном смысле этого слова — и не подвластен ограничениям, налагаемым материей.

— Но, если ты ляпнешь нечто самодовольное или высокомерное, или мелкое, я выпущу за тобой из дому Жнеца.
— Но тогда ведь я не смогу разговаривать!

В нашем детстве многие методы обучения граничат со смертью. Я помню, как меня в детстве отец учил кататься на велосипеде. Никакой предварительной техники безопасности. Просто посадил на велик, взял за седушку и отпустил. <...> Зато из-за этого, мне кажется, в более сознательной жизни , у нас притуплено чувство самосохранения. Я был однажды в аэропорту. Сижу в кафе. И по громкой связи звучит объявление, где женщина чёрным по белому объявляет: «Пожарная тревога ! Срочно покиньте...» Но никто не пошевелил булками. Единственное, что поменялось, — мужик за соседним столиком начал быстрее размешивать сахар в кофе . И это мы с вами. Мы так делаем. Пока мы точно не будем уверены, что нам угрожает опасность , мы не будем шевелиться. Пока мы не увидим горящего мужика, который пробегает с фразой «Это не учебная!»

Он отдавал любовь свою другим — он материнской ласки с детства был лишён.