Цитаты на тему «» — страница 199

Мама, конечно, не стала спрашивать, по каким делам я приехала в Уинд-Гап. Она редко задавала вопросы , требующие развёрнутого ответа. Трудно понять почему: то ли из чрезмерной деликатности, то ли её просто мало что волновало. Угадайте, что я считала наиболее вероятным?

Мы никогда не материмся. У нас богатый язык , и если ты не можешь обойтись без мата, значит, ты или ленив, или глуп.

Вам даётся всего лишь немного сумасшествия. И вы не должны его потерять.
(Каждому из нас дана лишь маленькая искра безумия. Старайтесь не загасить ее.)

Научное знание — это способность делать либо хорошее , либо плохое , но оно не содержит инструкции по своему использованию. Ценность такой способности очевидна, даже несмотря на то, что она может быть сведена на нет тем, что человек с ней делает. Я научился способу выражения этой общей человеческой проблемы во время поездки в Гонолулу. Там, в буддистском храме, человек , проводивший экскурсию, немного рассказал туристам о буддизме и закончил свой рассказ , сказав, что откроет им кое-что, что они никогда не забудут — я действительно помню это до сих пор. Это была буддистская притча: Каждому человеку дан ключ, открывающий врата рая; этот же самый ключ открывает и врата ада.
Так какова же тогда ценность ключа от врат рая? Истинная правда то, что когда нам недостает ясных инструкций, которые дают нам возможность отличить врата рая от врат ада, то этот ключ может оказаться опасным предметом. Но при этом ценность ключа очевидна: как сможем мы войти в рай , не имея его?

Как бы человек ни был добр, он перестает навещать людей, на которых тяжело смотреть.

— Вы разговариваете с белками? Я тоже люблю смотреть, как они подбегают и вертят головками во все стороны.
— Да, знаю, женщины находят их прелестными, а ведь это всего-навсего близкие родственники крыс...

Свобода должна быть завоевана через последовательное устранение различных форм порабощения.

Когда идет передел власти, люди перестают интересоваться состоянием наук.

— Ты будешь служить брату, как служил отцу?
— Я всегда буду служить Риму.

Кино — это театр для бедных.

— А рыба за жертву сойдет?
— Сейчас мы это и выясним. Смотри, Морис!
— О, пошла.
— Ай да я, ай да я!... Ладно. Ай да мы.

Господи, сколько дерьма на мою голову, в такой прекрасный день .

Ум служит нам порою лишь для того, чтобы смело делать глупости .

Любовь — это дар с умением создавать счастливые отношения без навязчивости и нервозности для любимых.

— Неужели в тебе нет ни капли романтики ? — горестно воскликнула Маграт.
— Нет , — сказала матушка. — Ни капельки. И звездам совершенно без разницы, чего ты там желаешь, и волшебство вовсе не делает жизнь лучше, а тот, кто сует руки в огонь , непременно обжигается.

Самое обидное, что в информационной войне всегда проигрывает тот, кто говорит правду, он ограничен правдой, лжец может нести все что угодно.

У тебя в супе с моллюсками нет моллюсков. Тебя это не волнует совсем?

Нужно признать, что дворянство, несмотря на свою склонность к мучительству и убийству, несмотря на свою жадность и развратность, было глубоко и восторженно религиозно.

В детстве мы особенно остро ощущаем, что кроме обычного, видимого мира есть ещё и мир невидимый. Смутная уверенность эта внушает нам искреннюю любовь к «ужастикам» любого содержания и качества ; она же становится источником нашего вдохновения, когда мы придумываем свои «авторские» страшные истории , сколь бы наивны и неуклюжи они ни были.
Страх становится для нас неотъемлемой частью чудесного, главным настроением любой загадочной истории , непременным атрибутом тайны.

У меня нет будущего. Не иметь будущего — это почти то же, что не подчиняться земным законам.