Цитаты на тему «» — страница 86

Соперниц я могла бы не бояться,
Когда бы с ними мне дано было сравняться, -
Тогда бы ревность мне не пламенила кровь
И преимущество дала бы мне любовь .
Увы! Неравенство и званья и рожденья
Дают передо мной им явно предпочтенье.

Умереть за религию еще не значит доказать, что эта религия истинная и божественная; это доказывает в лучшем случае веру мучеников в то, что их религия такова. Какой-нибудь энтузиаст, идущий ради религии на смерть , доказывает разве только, что религиозный фанатизм часто может быть сильнее привязанности к жизни .

Гораздо большую пользу человек , как Личность , сможет принести себе и обществу, когда сам станет примером для других.

Олигархия не любит истории .

— По-моему, ты тут шалил!
— Ты что, в мои-то годы !
— Хотел что-нибудь спереть? Мои пирожки?
— Твои пирожки? Кто покусится на твои прогорклые пирожки?
— О них говорит весь Камелот, дурак.
— Это правда . Корочка отдает ржавчиной, ну а начинка конским навозом, а пахнут... да, отхожим местом!
— Никто не смеет ругать мои пирожки!
— Ах, прости, поговорим лучше о твоем пудинге: будто это рвота, высушенная на солнце . А тефтели, что о них сказать, если сам король сравнил их с жабьей икрой, вымоченной в слизи!

— Голова номер один, — не раз говорил о Полякове Таманцев. — Если и не бог , то, несомненно, его заместитель по розыску!

Трудно стать писателем настоящим... Настоящие писатели , как автомат Калашникова: ни одной ошибочки в конструкции.

Ради одного, уже принятого самой властью, решения государство потратило астрономические суммы на информационное просвещение населения, бумагу и обустройство штабов, где эшенлендцы «отдавали свой голос». Тогда в последний раз люди поверили в то, что их мнение имело чрезвычайно важное значение для Эшенленда. При этом, никто из них не понимал, для чего это нужно.

— Я похож на жабу?
— Да. Но в один прекрасный день вы волшебным образом обернётесь прекрасным принцем. Однако, поскольку магия вне закона, то, возможно, этого никогда не случится.

Видеть легко, трудно предвидеть.

О суеверье, как же ты упрямо!
Христос, Аллах ли, Будда или Брама,
Бездушный идол, бог — где правота ?
Но суть одна, когда посмотришь прямо:
Церквам — доход , народу — нищета !

— Так что у тебя с Шарлин?
— Вчера у нас была волшебная ночь .
— И ты по-прежнему утверждаешь, что не изменяешь жене?
— Я уверен в этом, искренне, всей душой. Секс через Интернет не измена .
— То есть, как это? 3 часа ночи, жена и дети спят наверху, а ты внизу трахаешь тёлку в киберпространстве.
— Во-первых, мы не трахаемся. Мы печатаем на клавиатуре. Во-вторых, и тут ты меня обидел... Шарлин не какая-то там тёлка. Она — биржевой брокер Ральф, притворяющийся какой-то там тёлкой по имени Шарлин.

Без супружеской измены мировая литература и оперное искусство отправились бы коту под хвост. Не будь осады Трои, Гомер точно бы не написал «Илиаду». А Анна Каренина? А Эмма Бовари? О чем тогда, черт подери, писали бы Шекспир и Чосер? Представьте себе, что Крессида осталась бы с Троилом. Или что Тристан никогда бы не поигрывал своими... э-э-э-э-э... мышцами перед Изольдой. А что бы тогда делал Вагнер, хм?

Для современной цивилизации человек , прежде чем станет ненужным совсем, остается нужным на момент, в пик своего развития. Когда он дает высший результат — но поддерживать его долго не может.

— Надеюсь, вы не уйдёте до ужина? — спросил Бильбо вежливо своим самым ненастойчивым тоном.
— Ни в коем случае! — ответил Торин. — Мы и после ужина не уйдём.

Мало кто имеет настоящих друзей, — сказал, наконец лорд Эльтон, — и в этом отношении, я думаю, никто из нас не счастливее Сократа, который держал в доме только два стула: один для себя, а другой — для друга , когда он найдется.

— Но я не хочу гулять среди сумасшедших людей!
— О, ты ничего не можешь поделать. Мы все сумасшедшие...

– Говоря о «Мастере и Маргарите», упоминают связанную с картиной мистику. Вас она затронула?
– Самая большая мистика заключается в том, что не было ещё ни одного интервью , где меня об этом не спросили бы. Никакой мистики не было – кроме того, что книга, которая считалась полуподпольной и полузапрещённой, стала теперь обязательной даже в школьной программе. Воистину рукописи не горят!

В каждой работе гения мы узнаем наши собственные, отвергнутые мысли ; они возвращаются к нам с удивительным, чужим величием.

Помни: краткость продлевает жизнь .