Цитаты на тему «» — страница 3

— Завтра пойду.
— Так завтра нельзя. Завтра выборы .
— Они вчера были!
— Так сегодня ж не было!

Раз коррупция непобедима, надо поменять к ней отношение . Вот у нас учителя учат, что воровать это плохо , при этом дети , глядя на то, как живут учителя, они не видят доказательств тому, что не воровать — это хорошо . В данной ситуации было бы логично не ругать коррупцию, а приучать к ней, даже можно ввести в школе такой предмет основы коррупции и там объяснять детям, кому нужно давать, сколько, в каких случаях. Просто, чтобы дети были готовы к взрослой жизни , а не так как я два года назад отнес двести долларов в роддом, чтоб все прошло нормально, а у меня опять девочка родилась. Может не тому дал, может надо было триста — никто ж не объясняет как надо.

Немножко любви — это как немножко вина . Но от их избытка человек может заболеть.

Пока есть музыка , мы будем двигать дальше...

Вообще, как можно в стране победить коррупцию, если она повсюду, если она вокруг нас, если мы в ней живем. Как можно бороться со средой своего обитания? Вот поднимите руку, кто никогда в жизни , ни при каких обстоятельствах, никому, ничего не заносил. Не, ну реально поднимите, ну хоть кто-то. А вот мужчина две руки поднял, двое подняли руки. Вот посмотрите на них — это те, кому вы заносите. Ну просто по-другому у нас в стране нельзя, человек , который не участвует в коррупции, он у нас не выучиться не сможет, ни вылечиться, ни даже похорониться нормально. Он, кстати и жениться даже не сможет, потому что невесту у нас по какой-то причине тоже нужно выкупать. Хотя зачастую, кто там кому одолжение делает, я бы поспорил. Давайте после всего этого посмотрим правде в глаза и скажем, что у нас вся страна — это преступники. И для того, чтобы начать борьбу с коррупцией, нам для начала, вот так, по-честному, надо взять и всем сесть в тюрьму. Вот всем до одного. Идея хорошая, но я уверен, даже если мы сейчас договоримся, то все равно не все сядут. Потому что найдутся такие, кто порешает.

Слишком часто шёлковые чулки, которые мы дарим женщинам, связывают нас по рукам и ногам.

— Папа, а что мы сегодня будем кушать?
— Все!
— И хлебушек?
— И хлебушек.
— Все-все и хлебушек?
— Нет , хлебушек и все!

Еще одна проблема, это наша любимая — коррупция. Политики даже любят называть ее болезнью. Тут я не совсем согласен, просто те, кто, собственно, болен, они чувствуют себя лучше, чем здоровые. Уж сколько мы с этой коррупцией не боремся, сколько не искореняем, она все крепче и крепче. Меня повеселило то, что наше руководство уговорило Европу выделить нам на борьбу с коррупцией деньги . Деньги на борьбу с коррупцией! Это вот, как если бы муж сказал жене: «Дорогая, я бросаю пить, но для этого мне нужна бутылка водки». И она верит, говорит: «Конечно, на. Но смотри, если выпьешь — больше не дам». А ему щас больше и не надо. Ему нормально. Ну в смысле, нам. Ну, в смысле, даже им. Тем, кто заболел.

Образовательная реформа дело важное, первоочередное и оно, кстати, натолкнуло меня на мысль, на идею. На идею, как укрепить авторитет нынешней власти, ну или хотя бы немного приподнять его с пола. Уважаемая власть , смотрите, вместо того, чтобы постоянно объяснять людям, почему вы не можете справиться с коррупцией, с кумовством, почему не получается строить нормальные дороги, вместо этого нужно воспитать новых людей, которые будут воспринимать эти проблемы как само собой разумеющееся, как что-то нормальное, как неотъемлемую часть жизни . Для этого, всего-навсего, нужно немножко исправить школьные учебники. Вот прям слету, самое первое, что приходит в голову, чтобы не объяснять почему у нас ужасные дороги, достаточно в учебнике географии написать, что Восточно-Европейская равнина, на которой расположена Украина , на самом деле называется Восточно-Европейская неровность. Ну или корявость. И все, и собственно все вопросы не к Автодору, а к строению земной коры.

А кто не хочет — может не вступать. Я этих политиков чисто по-человечески понимаю. Если Украина станет частью Европы, куда они с деньгами убегать будут? Кто-то бы побоялся сказать, а нам можно. Мы молодые. Мы быстро бегаем!

— Я всё-таки верю, что красота спасёт мир.
— Ну, судя по нам с вами, коллега, война не за горами.

Если Украина , Россия и Беларусь войдут в Евросоюз , может получиться Евросоюз Советских Социалистических Республик.

Я конечно слышал, что вы скандалист...
— Ага... наговоры собираете?...
— Но я не верил!...
— Да потому что для тебя слово человеческое — ПЫЛЬ!

Мне нравится мой нос, я люблю через него дышать.

Друзья ! Поздравляю вас с Новым 2007-ым годом. Год будет тяжелым. Я уверен. Я себя знаю.

— Виктор Фёдорович, у меня вопрос. По физике. Вот если беркутавцам выдать эбонитовые палочки, а митингующих одеть в шерстяную одежду, так мы сможем добывать электричество ?!
— Лёня, успокойся!

— Почему украинские женщины ценятся больше остальных?
— Потому что мы можем одновременно ещё и плитку класть.

У нас выборы — это чемпионат страны по вранью, в котором побеждает только самый лучший.

Ночь была холодна и надменна, ее теплая жизнь исчезла без следа, и она горько и грозно напоминала человеку, что он одинок в мире и одинок среди себе подобных и что нигде его не ждет утешение .

Два галлона вина — это немалое количество даже для двух пайсано. В духовном отношении эти бутылки можно распределить следующим образом. Чуть пониже горлышка первой бутылки — серьезная, прочувствованная беседа. Двумя дюймами ниже — воспоминания , овеянные приятной грустью. Ещё три дюйма — вздохи о былых счастливых любовях. На донышке — всеобъемлющая абстрактная печаль . Горлышко второй бутылки — чёрная, свирепая тоска . Двумя пальцами ниже — песнь смерти или томления. Большим пальцем ниже — все остальные песни, известные собутыльникам. На этом шкала кончается, ибо тут перекресток и дальнейшие пути неведомы. За этой чертой может произойти всё, что угодно.