Цитаты на тему «» — страница 2

Прятаться и ощущать себя виноватым — было бы началом поражения.

Как все мы, Клима также считал реальным лишь то, что входит в нашу жизнь изнутри, постепенно, органически, а то, что приходит извне, неожиданно и случайно, он воспринимал как вторжение нереального. К сожалению, нет ничего более реального, чем эта нереальность.

Дома у него молодая жена, и, что хуже того, он любит её; и что ещё хуже: боится её; и что совсем плохо: боится за неё.

Оба были опьянены предательством, которое освободило их. Франц скакал на Сабине и предавал свою жену, Сабина скакала на Франце и предавала Франца.

Если партнёр слабее нас, мы находим повод, чтобы оскорбить его, — так студент оскорбил студентку, когда та поплыла слишком быстро.
Если партнер сильнее, нам ничего не остается, как избрать какой-либо окольный путь мщения, пощёчину рикошетом, убийство посредством самоубийства. Мальчик так долго выводит на скрипке фальшивый звук, что учитель не выдерживает и выкидывает его из окна. Мальчик падает и на протяжении всего полета радуется, что злой учитель будет обвинен в убийстве.
Это две классические реакции человека , и если первая реакция сплошь и рядом встречается в жизни любовников и супругов, вторая, присущая так называемой великой Истории человечества, являет собой бесчисленное количество примеров другого порядка. Вероятно, все то, что наши наставники называли героизмом, было нечем иным, как формой литости, проиллюстрированной мною на примере мальчика и учителя по классу скрипки.

В этом мире всё наперёд прощено и, стало быть, всё цинично дозволено.

Жажда порядка – это желание превратить человеческий мир в мир неорганический, где всё налажено, всё действует, подчиняясь надличностному уставу. Жажда порядки есть одновременно и жажда смерти, ибо жизнь – извечное нарушение порядка. Или можно сказать иначе: жажда порядка являет собой добродетельный предлог, с помощью которого ненависть к людям прощает себе свои бесчинства.

Жить: нести свое больное «я» по миру.

Возьмём хотя бы время . Я мечтаю об эксперименте, который с помощью электродов, подключённых к голове человека , исследовал бы, сколько процентов своей жизни человек отдаёт настоящему, сколько воспоминаниям и сколько будущему.

Тоска по Раю — это мечта человека не быть человеком.

Хуже всего не то, что мир несвободен, а то, что люди разучились быть свободными.

— Почему ты никогда не воспользуешься своей силой против меня?
— Потому что любить — значит отказаться от силы .

Борьба человека с властью — это борьба памяти с забвением.

Обнародованная любовь тяжелеет, становится бременем.

Она испытывала сейчас такое же удивительное счастье и такую же удивительную грусть , как и тогда. Грусть означала: мы на последней остановке. Счастье означало: мы вместе . Грусть была формой, счастье — содержанием. Счастье наполняло пространство грусти.

Самое прекрасное в сновидениях — это невероятные встречи людей и вещей, которые в обычной жизни не случились бы; во сне лодка может вплыть в окно спальни, где на кровати лежит женщина, которой уже двадцать лет нет в живых...

Меня похоронили. Меня уже давно похоронили. Ты ходил ко мне каждую неделю. Ты всегда стучал в могилу, и я выходила оттуда. Глаза у меня были полны земли. Ты говорил: «Ты же так ничего не видишь» — и вынимал из глаз землю. А я тебе говорила: «Я всё равно не вижу. У меня ведь вместо глаз дыры».

Самая большая ценность в жизни — материнство и оно при этом — великая жертва . Если материнство — воплощённая Жертва , тогда удел дочери — олицетворять Вину, которую никогда нельзя искупить.

Быть женщиной для Сабины — участь, которую она не выбирала. А то, чего мы не выбираем, нельзя считать ни нашей заслугой, ни нашим невезением.

Человеческая жизнь свершается лишь однажды, и потому мы никогда не сможем определить, какое из наших решений было правильным, а какое — ложным. В данной ситуации мы могли решить только один-единственный раз, и нам не дано никакой второй, третьей, четвертой жизни , чтобы иметь возможность сопоставить различные решения. В этом смысле история подобна индивидуальной жизни .