Цитаты, афоризмы и статусы на тему «Кэмерон Джейс»

— Льюис, ты напишешь книгу? Напишешь обо мне, пожалуйста?
— О чем книга, Алиса?
— О Безумии, Льюис. Ты напишешь книгу о прекрасном безумии.

Если хочешь узнать судьбу мертвеца, морг — хорошее начало .

Слабость человека — в его прошлом, где похоронено всё его грязное бельё.

Ты знаешь, кто такие безумцы, Алиса? Это люди в здравом уме, которые слишком много знают.

— Очень скоро, один из нас сделает нечто ужасное, — произнес он.
— О чем ты говоришь?
— Когда придет время , сделай это, — прошептал он ей на ухо. — Сделай выбор мудро и помни, что бы ни произошло, каким бы злом я не был, я люблю тебя, — он приложил ладонь к ее губам, в то время как солнце начало стремительно уходить с голубого небосклона, повергая мир в сумерки , словно кто-то опустил занавеси и свет исчез из комнаты. Маковое поле вокруг нее побледнело и увяло само по себе, медленно, цветы упали к их ногам, словно были пьяны.
... — Это настоящий я, Шу, прежде чем все не пошло наперекосяк. Быть может, это последний раз, когда ты видишь меня вот так, пока Охотник во мне не обрел власть надо мною.

Если то, что ты меня забудешь, сделает тебя счастливой, тогда я не против.

— Прошу, не делай мне больно, — произнесла Шу, пытаясь выиграть время , пока не решит, что делать дальше.
— Любовь — это боль , принцесса , — он склонил голову набок, и на его лице заиграла соблазнительная улыбка .
— Значит, ты помнишь о любви ко мне? — удивилась Шу.
— Ну, конечно же, — произнес он. — нет .

Если начинаешь обещать возможное, люди тебе не верят.

— Так сказки — это нечто вроде выдумок? — спросила я.
— Сказки — это истории , — ответила Зола. — Каждая жизнь , что мы проживаем — своего рода история . Если мы будем считать чужие истории выдумками, кто знает, вдруг наша собственная история тоже всего лишь чья-то выдумка ?

Две трети пути, я продолжала спрашивать у самой себя, кто я такая на самом деле, и что, во имя всего святого, творится вокруг меня. Когда я едва не сорвалась и упала, я позабыла обо всем и поняла, что порой всё, на что мы способны в этой жизни — это продолжать карабкаться дальше, даже когда все теряет смысл .

— .... если я вспомню тебя — с воспоминаниями нахлынет боль , а если забуду — наступит безумие...
— Если забвение сделает тебя счастливой, я не возражаю, — отвечает он.
— ... Я люблю тебя, Адам.
— Ты даже не помнишь меня. — Из-под капюшона раздается его смех .
— Я не помню твоего лица, но помню тебя своим сердцем, — говорю я. — От этого чувства мне не скрыться.
— Тогда я всегда буду с тобой...

— Ты слишком сильно беспокоишься по поводу людей, Алиса, — говорит он. — Бери пример с меня: здравомыслие тленно, безумие — новый черный.

Одна из привилегий незнания того, кем ты являешься на самом деле — возможность играть любые роли .

Ты — не прошлое , неважно, можешь ли ты стыдиться за него или гордиться. Ты — не имя , не взгляд , не походка . Ты тот, кем ты сам себя выбрал.

Вот в чем проблема вменяемых людей. Практически всегда у них есть право убивать тех, кого они считают больными.

Интересно, а что если эволюция происходила не от обезьяны к человеку, а от безумия к здравомыслию.

— Давай встретимся днем.
— И как это будет? По — английски?
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду, кто будет платить? Если по — английски, мы заплатим пополам. Если по — американски, я заплачу. По — французски, возможно, ты заплатишь. По — калифорнийски, мы едим грибы и пьем чай в доме, в который только что вломились.

— Значит, ты идешь со мной на свидание ? — говорит он.
— Только не начинай, — вздыхаю я. — Почему ты хочешь, чтобы я пошла с тобой на свидание ? Я тебя даже не знаю.
— Давай посмотрим. Мы вместе спасли девочку, сражались с чудищами в красных плащах, а теперь сбежали от старухи, которая считает себя кошкой. Раньше я целовал девушек, еще не успев поздороваться. Ты, практически, уже моя жена. У нас и дети есть. — Он подмигивает Констанции.

... сказочные герои были прокляты, обречены на вечный сон сотни лет назад. Они просыпаются ненадолго всего раз в каждые сто лет, вот тогда-то вы и можете с ними повстречаться.

— Ему не позволено оставить свою фамилию, — сказала Юстина. — Выберешь для него новую?
— Блекстар, — Чармвилль улыбнулся, глядя на спящего Локи. — Локи Блекстар. Мне нравится, — он добавил, когда уже повернулся, чтобы уйти, — звучит по-хулигански.