Цитаты на тему «» — страница 13

Кстати, о времени. В молодости десяток лет, особен­но десяток, опрокинутый в будущее , казался непостижи­мо долгим, практически вечностью, до краев заполненной всякими вероятными событиями: «Еще впереди три года учебы, через год могу получить капитана, скоро надо бу­дет возвращаться домой, на будущий год Таня пойдет в школу...» Так и думалось, а скорее, не думалось, но само собой подразумевалось, что годам не будет конца. Теперь же прошлое становилось мерилом будущего и было ясно, что при любых обстоятельствах финишная прямая будет очень короткой. <...> Мысль о скоротечности времени — извечная, есте­ственная и совершенно правильная — утешала. «Все проходит» — было начертано на кольце царя Соломона. «И это пройдет» — написано красивой персидской вязью на пожелтевшей плотной бумаге. Прозревает человеческий разум просторы бесконечности и погибает в крошечном уголке бескрайнего времени. Скоро будут изобретены способы продлевать жизнь богатых. Не завидно — это будет в том же неуловимо малом уголке. Отмените смерть — и вы уничтожите жизнь .

Многие ушли в политику потому, что это более доходное дело, чем вооруженный грабеж.

«Жизнь дается человеку только один раз, и надо прожить ее...» Одному, бесчисленному множеству, — выжить, другому, ничтожному меньшинству, — прожить и обеспечить беспечальное существование своему потомству.

Единственная роскошь , которую может позволить себе нищая и разоренная страна , — это, пользуясь словами Сент-Экзюпери, роскошь человеческого общения. Угодливость одной стороны (невыносимо вспоминать!) на фоне спокойной, уверенной в себе вежливости другой придает этой общечеловеческой ценности кисловатый привкус.

Интеллигент — образованный человек , имеющий склонность к мечтательности и питающий отвращение к труду. В России интеллигентом может стать каждый.

Обидно, что не признанные при жизни гении так и не узнают о своей посмертной славе.

— Как и все мужчины , Вы самонадеянны.
— Как и всем женщинам, Вам это нравится.

Чем глупее начальство , тем меньше оно сомневается в своей мудрости.

На старинном «Путешествии по Китаю и Тибету» фиолетовый штамп ученической библиотеки Трехгорной мануфактуры, детским неуклюжим почерком на внутренней стороне обложки накарябано «С\я книга принадлежитъ тому, кто ее купилъ за 45 копеекъ». Писал какой-то любознательный озорник, не думая, что надпись эта останется единственным осязаемым следом его пребывания на земле. Чернила и бумага долговечнее человека и памяти о нем.

Если дурак делает комплимент твоему уму, ты попадаешь с ним в одну категорию.

Есть люди , которым нелепое кажется смешным. Для других все смешное нелепо.

Сиамские близнецы — организованная преступность и дезорганизованная власть .

Нас бросили в дерьмо , а мы пытаемся хорошо пахнуть.

Невесомая зарплата может раздавить любого гения.

Человек жив не только до тех пор, пока продолжается обмен веществ и линия на зеленом экране энцефалографа остается зубчатой, не вытягивается в унылую безупречную прямую. Человек жив и не только пока он сохраняет память . Нужно, чтобы у кого-то сохранилась память о нем.

Мы готовы отстаивать наши ценности . Любые, за хорошие деньги .

Солдат может потерять только жизнь , а политик — все.

... Они принадлежали чуждому миру высших сфер, миру коварному и опасному. Там нет места дружбе, преданности, честности, постоянству. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять эту простую истину, ее внушает каждый эпизод политической истории Отечества, судьбы бесчисленного множества жертв властолюбия — от Меншикова и Волынского (чтобы далеко за примерами не ходить) до соратников Сталина, Хрущева, Брежнева и т. д. Мир высших сфер вызывал только одно желание — быть от него подальше.

Человек может надоесть себе дважды: первый раз — когда живет и второй — когда пытается вспомнить прошлое .

Власть потеряла голову, а оппозиция ее не нашла.