Цитаты на тему «» — страница 58

Осознание того, что вся совокупность явлений при­роды находится в систематической связи , побуждает науку доказывать эту систематическую связь повсюду, как в частностях, так и в целом. Но совершенно соответствующее своему пред­мету, исчерпывающее научное изображение этой связи , построение точного мысленного отображения мировой системы, в ко­торой мы живем, остается как для нашего времени, так и на все времена делом невозможным. Если бы в какой-нибудь момент развития человечества была построена подобная окончательная система всех мировых связей, как физических, так и духовных и исторических, то тем самым область человече­ского познания была бы завершена и дальнейшее историческое
развитие прервалось бы с того момента, как общество было бы устроено в соответствии с этой системой, что было бы абсур­дом, чистой бессмыслицей. Таким образом, оказывается, что люди стоят перед противоречием: с одной стороны, перед ними задача — познать исчерпывающим образом систему мира в ее всеобщей связи , а с другой стороны, их собственная природа , как и природа мировой системы, не позволяет им когда-либо полностью разрешить эту задачу. Но это противоречие не только лежит в природе обоих факторов, мира и людей, оно является также главным рычагом всего умственного прогресса и разрешается каждодневно и постоянно в бесконечном прогрес­сивном развитии человечества — совершенно так, как, например, известные математические задачи находят свое решение в бесконечном ряде или непрерывной дроби. Фактически каждое мысленное отображение мировой системы остается ограничен­ным, объективно — историческими условиями, субъективно — физической и духовной организацией его автора.

Верное средство рассердить людей и внушить им злые мысли — заставить их долго ждать.

Надо иметь мужество пожертвовать немедленным успехом ради более важных вещей.

Благодетельное и назидательное влияние какой-нибудь философии… нисколько не доказывает верности ее, точно так же, как счастье , испытываемое сумасшедшим от своей навязчивой идеи нисколько не говорит в пользу ее разумности.

Требование взаимности не есть требование любви , но тщеславия и чувственности.

Церковь — как раз то, против чего проповедовал Христос, и с чем он заповедовал своим ученикам бороться.

Следовать голосу своей совести удобнее, чем голосу рассудка; ведь при дурном исходе у совести найдётся всегда оправдание и утешение . Потому-то так много совестливых людей и так мало разумных.

... Лучше обезуметь от счастья, чем от неудач, лучше неуклюже танцевать, чем ходить, прихрамывая.

Не может быть свободен народ , угнетающий другие народы.

Требование человека , чтобы его полюбили, есть величайшее из всех самомнений.

Совершенная женщина занимается литературой так же, как совершает маленький грех: для опыта, мимоходом, оглядываясь, замечает ли это кто-нибудь и чтобы это кто-нибудь заметил.
Das vollkommene Weib begeht Literatur, wie es eine kleine Suende begeht, zum Versuch, im Vorübergehn, sich umblickend, ob es jemand bemerkt und dass es jemand bemerkt

Таких не мало, которые потеряли свою последнюю ценность , когда освободились от рабства.

Надеяться доказать нашему суду свою невиновность – это, мягко выражаясь, головоломная затея.

С самого начала, существенно-основательно, христианство было усталостью и омерзением — испытываемыми жизнью от жизни же, и только прикрывающимися, и прячущимися, и принаряжающимися верой в «иную», или же «лучшую» жизнь . Ненависть к «миру», предание проклятию аффектов, страх перед чувственностью и красотой, потусторонность, придуманная, чтобы легче было очернять посюсторонность, в сущности же тяга к небытию, к ничто , к концу, к покою, к «субботе суббот» —
все это, равно как и несгибаемая воля христианства допускать одни только моральные ценности всегда казалось мне самой опасной и зловещей из всех возможных форм «воли к погибели» и по меньшей мере знаком самого глубокого нездоровья, утомления, уныния, немощи и оскудения, жизненного обнищания, — ибо пред моралью (в особенности христианской, то есть безусловной) жизнь обязана оставаться вечно и неизбежно неправой, потому что жизнь есть нечто сущностно неморальное, — раздавленная всем весом презрения и непрестанных « нет !», жизнь обязана ощущаться как недостойная желаний, как лишенная ценности в себе. А сама мораль — как?! разве мораль не то же самое, что « воля к отрицанию жизни », тайный инстинкт уничтожения, принцип упадка, уменьшения, уязвления, не то же самое, что начало конца?... И следовательно, опасность опасностей?

Mораль — это лучший способ водить человечество за нос.

Брюхо служит причиной того, что человеку не так то легко возомнить себя богом.

Только в минуты свидания и разлуки люди знают, сколько любви таило их сердце .

Много говорить о себе – тоже способ себя скрывать.

У всякой страсти бывает такое время , когда она делается прямо роковой и увлекает свою жертву к пропасти, в которую та падает и летит вниз, отяжелев от глупости .

Чем свободнее и сильнее индивидуум, тем взыскательнее становится его любовь ; наконец он жаждет стать сверхчеловеком, ибо все прочее не утоляет его любви .