Цитаты на тему «» — страница 11

— Что ты?
— Мне страшно.
— Почему?
— Я боюсь, что больше никогда не буду так счастлива...

Глубину мутят пороги.
Звёзд не видно быстрине.
Всё забудется в дороге.
Всё воротится во сне.

Оттого и кидаются от одного к другому, пока не сгинут. Ей пятнадцать лет, а может, пятнадцать сумерек или пятнадцать небес. Внутри всё живее, чем снаружи, где только ветер и смерть . Поэтому надо... не идти... а ждать. Потому что прийти значит умереть сразу, а как прекрасно думать , что завтра мы увидим сто золотых рогов, вонзенных солнцем в облака .

Я чувствую,
как в жилах
у меня,
расплавив сердце раскаленной страстью,
струится ток багряного огня.
Так погаси же,
женщина, пожар .
Ведь если в нём всё выгорит дотла,
одна зола взойдет на пепелище,
одна зола…

Дай тоской забыться на планете дальней -
но не помнить кожи холодок миндальный.

Мои черты замрут осиротело
на мху сыром, не знающем о зное.
Меркурий ночи, зеркало сквозное,
чья пустота от слов не запотела.
Ручьем и хмелем было это тело ,
теперь навек оставленное мною,
оно отныне станет тишиною
бесслезной, тишиною без предела.
Но даже привкус пламени былого
сменив на лепет голубиной стыни
и горький дрок, темнеющий сурово,
я опрокину прежние святыни,
и веткой в небе закачаюсь снова,
и разольюсь печалью в георгине.

Маркиз показал себя добрым человеком, склонным к сочувствию и состраданию. Он помог двоюродному брату советом, ободряющими словами и верой, что же касается денег, не дал ни флорина.

Не забывай и на пределе
счастья или страха прочесть
на ночь «Отче наш».

В неприкаянной смуте
предвечерья, когда люди
вздыхают, а у деревьев голова
раскалывается от птиц,
выключи сердце и примерься
к широким веслам заката.

Наука не открывает Истину. Она лишь слабое пламя , освещающее слово Божие. Наука служит Богу, помогая постигнуть Истину.

Художник является посредником между его фантазией и остальным миром.

Над берегом черные луны,
и море в агатовом свете.
Вдогонку мне плачут
мои нерожденные дети .
Отец , не бросай нас,
останься!
У младшего сложены руки ...
Зрачки мои льются.
Поют петухи по округе.
А море вдали каменеет
под маской волнистого
смеха.
Отец , не бросай нас!..
И розой
рассыпалось эхо .

... и кто мучится болью, будет мучиться вечно,
и кто смерти боится, её пронесет на плечах.

Застигнутый криком флюгер
забился, слетая с петель.
Зарубленный свистом сабель,
упал под копыта ветер .

Это звезда романтических грёз
(для магнолий
и роз).
Она себе светила сама,
пока не сошла с ума.
Та-ра-ри,
та-ра-ра.
(В хижине мрака,
в болоте,
славно, лягушки, поёте.)

Хрен его знает, почему, но мои мечты никогда не сбываются.

Крик оставляет в ветре
тень кипариса.
(Оставьте в поле меня, среди мрака -
плакать.)
Все погибло,
одно молчанье со мною.
(Оставьте в поле меня, среди мрака -
плакать.)
Тьму горизонта
обгладывают костры.
(Ведь сказал вам: оставьте,
оставьте в поле меня, среди мрака -
плакать.)

— Тук-тук...
Кто бы мог?
— Я пришла на твой порог,
я осенняя тоска .
— Что ты хочешь?
— Смоль виска.
— Не отдам я, спрячь суму.
— Не отдашь — сама возьму.
Тук-тук.
Та же тьма...
— Это я, твоя зима .

Настоящая свобода нелегка. Она болезненна. Она опасна. Но я всегда хотел её, и я готов бороться за неё. Кем бы я ни захотел стать, как бы я ни хотел жить , кого бы я ни выбрал себе в друзья и единомышленники — это моё право . Это наше право — свобода .

А если любовь — лишь обман?
Кто влагает в нас жизни дыханье,
если только сумерек тень
нам даёт настоящее знанье.
Добра — его, может быть, нет , -
и Зла — оно рядом и ранит.