Цитаты на тему «» — страница 174

Почему люди , зная, что в один день превратятся в пыль, продолжают рождаться? Зная, что сама жизнь — это поездка к смерти, почему люди борются за нее?

Факты — вещь упрямая, но упрямцы — упрямее фактов.

— Какая сладкая музыка . Что это?
— Этюд, я объявил конкурс на лучший гимн моего полка.
— Похвально, нельзя, чтоб мои храбрецы шли на смерть без труб и барабанов, но у этой трубы как будто не хватает колена.
— Так точно. Немедля найдите мне другую, с коленом!

Я не верю в чёрную и белую полосы. Я верю в тёмные и светлые оттенки жизни . Самый насыщенный чёрный цвет можно осветлить – достаточно разбавить его светлыми красками из прошлого...

Нет ничего более обманчивого, чем общеизвестные факты .

Ведя мои суровые бои,
Чеканя стих, чтоб был он чист и молод,
Я знал, что каждый звук мой — звук любви .
Она меня вела сквозь жар и холод .
<...>
Любовь не льстит, она — сильней всего,
Кто служит ей — не заслужил укора.
Обманутая, верит в торжество.
В мятежных строфах будущего хора
Я чую новый век и суть его:
И зов величья, и клеймо позора.

Факты имеют тот недостаток, что их слишком много.

Дверь с замком опасна для слабых душ. Сильных дверь с замком делает только сильней.

Путину не занимать хладнокровия. Я не думаю, что он перегибает палку с ответной реакцией. Я, однако, также считаю, что он — человек , который ничего не забывает. Я полагаю, что тем или иным способом он всё-таки возьмёт реванш.

А любить так хочется, сердце неприкаянно.
Уходи пророчество , видишь, не играю я.

Странно, как всё, к чему прикасается тело — постель , белье, даже ванна, — лишившись человеческого тепла, мгновенно мертвеет. Утратив тепло , вещи становятся отталкивающими.

И вот надо же было случиться, чтобы в самый день свадьбы Эрасту Петровичу попались на глаза жертвы проявленного им «самоотвержения, доблести и похвального усердия».

... кто воевал, имеет право у тихой речки отдохнуть.

Чем прекрасно вино ? Только тем, что оно гасит наши личные заботы , когда мы пьем со своими друзьями, и усиливает то общее, что нас связывает. И если даже нас связывает общая забота или неприятность, вино , как искусство , преображающее горе , примиряет и дает силы жить и надеяться. Мы испытываем обновленную радость узнавания друг друга , мы чувствуем: мы люди , мы вместе . Пить с любой другой целью просто-напросто малограмотно. А одиночные возлияния я бы сравнил с государственной контрабандой или с каким-нибудь извращением. Кто пьет один, тот чокается с дьяволом.

Жестокость — это храбрость трусов.

Каждому мужику нужна женщина в доме.
— Если не одному, так другому.

У меня все права быть недовольным природой, и, клянусь честью, я воспользуюсь ими. Зачем не я первый вышел из материнского чрева? Зачем не единственный? Зачем природа взвалила на меня это бремя уродства? Именно на меня? Словно она обанкротилась перед моим рождением. Почему именно мне достался этот лапландский нос? Этот рот как у негра? Эти готтентотские глаза ? В самом деле, мне кажется, что она у всех людских пород взяла самое мерзкое, смешала в кучу и испекла меня из такого теста. Ад и смерть ! Кто дал ей право одарить его всем, все отняв у меня? Разве может кто-нибудь задобрить ее, еще не родившись, или разобидеть, еще не увидев света? Почему она так предвзято взялась за дело? Нет , нет ! Я несправедлив к ней. Высадив нас, нагих и жалких, на берегу этого безграничного океана — жизни , она дала нам изобретательный ум. Плыви, кто может плыть, а неловкий — тони! Меня она ничем не снабдила в дорогу. Все, чем бы я ни стал, будет делом моих рук. У всех одинаковые права на большое и малое. Притязание разбивается о притязание, стремление о стремление , мощь о мощь. Право на стороне победителя, а закон для нас — лишь пределы наших сил.

Правильное для тебя направление может оказаться ошибочным для ближнего. Поэтому не слушай тех, кто скажет, что твоя дорога ведет в пропасть .

— Прошу прощения, если я утомил Вас!
— Я принимаю Ваши извинения .
— Я пошутил.
— О, Ваш ум настолько остер, что я чуть не порезался.
— Вы смеётесь надо мной!
— Это нетрудно.

В Вила-Рике странница первым делом направилась в еврейскую лавку и обменяла отцовский портсигар из слоновой кости на рейсы. Сняла дешёвую хижину на окраине за мостом, заварила стебельки руты, которая делает умнее и чувствительнее к обману. Пила настой по утрам, днями ходила от шахты к шахте, называла фамилию жениха, но ответа не получала.