Цитаты на тему «» — страница 52

— Ты никогда не любил, когда тебя судят.
— Да, особенно, когда судишь ты!
— Я слова тебе не говорил.
— У тебя на лице всё было написано.
— Ну, ты сам тогда виноват, не я.
— Знаешь как трудно проникнуться к человеку, который только и знает, что отталкивать?
— Я никогда не указывал, как тебе жить , Марти.
— Ага, просто молча сидел и ху*ню про меня думал!

Стоит дать слово, что не будешь чего-нибудь делать, как непременно этого захочется.

Иногда мы годами носим в сердце любовь , пытаясь заставить себя разлюбить человека , мы считаем, что нам не судьба и не схожесть, и нет попутного ветра.
Мы бежим от себя, прячась в тех, кто не нужен. Мы сжигаем года, свою суть отрицая. Мы боимся быть нелюбимыми, одинокими и не нужными. И согласны на любовь , что нам предлагают. И вроде бы, кажется, всё забылось, ты не звонишь и не пишешь. Окунешься с головой в работу и дней суматоху. Нарожаешь детей. Всё как у людей...
Ты забудешь, как сердце трепыхает, когда любит и пульс отдает в голове. Ты будешь говорить на автомате, что любишь, не вникая в суть слов, не вкладывая души, лицемерие плотно приляжет на твое существование . И все будет идти по плану, пока не столкнетесь вы. Увидишь вдали и в груди все сожмется, рядом ведь мог бы быть счастливый ты. Поймешь, что за счастье нужно бороться. — Но не поздно ли? — Никогда . — В груди отзовется.

Идолопоклонники встречаются как среди верующих, так и среди неверующих. Такие верующие превращают Бога в идола, всеведущую, всемогущую силу, являющейся союзницей тех, кто обладает властью на земле. Сходным образом существуют неверующие, не приемлющие Бога, но поклоняющиеся другим идолам, общим с верующими: суверенному государству, флагу, расе, материальному производству и производительности, политическим лидерам и самим себе.

Обручальное кольцо есть первое звено в цепи супружеской жизни .

Мне хотелось захныкать. Не заплакать, а именно захныкать, словно маленькому ребёнку. Плачут от горя, а хнычут — от беспомощности.

Известно, что крайности отражаются крайностями и что самый сильный протест бывает тот, который поднимается наконец из груди самых слабых и терпеливых.

Если ты будешь после каждой измены разводиться, то у тебя будет сорок мужей, дочка.

— Если я возьму этих ребят обратно, я буду выглядеть мудаком.
— Тебе хватит пальцев одной руки , чтобы пересчитать тех, кому есть дело до того, как ты будешь выглядеть.

В дружбе нет никаких расчётов и соображений, кроме неё самой.

Стоит только объявить себя свободным, как тотчас же почувствуешь себя зависимым. Если же решишься объявить себя зависимым, почувствуешь себя свободным.

Там, где нету интернета, волнует речка, зажигает лето !

Нас зажигает небо, как мы — факел, — светить другим; ведь если добродетель не излучать, то это всё равно, что не иметь её.

Мне смешно — я всё ещё не умер
Я вскрыл себе вены, словно чужое письмо
Я отрезал себе голову топором
Я отравил себя зловредным ядом
Я истыкал себя острым режущим предметом
Я подвесил себя на белой скользкой верёвке
Я застрелил себя калиберной пулей
И теперь мне смешно
ведь я так и не умер
но даже смешно .

Пусть у нас нет волшебной силы , но мы не бессильны.

Как можно быть несчастным, спасая жизни , занимаясь сексом и принимая наркотики ?

Религии жутко обидчивы: любая критика в их адрес воспринимается как оскорбление . Чуть что, они разыгрывают оскорблённые чувства . Если выбор стоит так: быть грубым или молчать в тряпочку, лучше уж быть грубым. Ведь нет вежливого способа сказать: вы осознаёте, что посвятили все ваши усилия прославлению выдуманного существа?

А можно пытаться чего-то добиться,
А можно с собою навеки проститься,
Взять, ***ать ненавистную долю
И смело взглянуть ей в глаза ...
Чтоб не было стрёмно, чтоб не было скучно,
Чтоб песня с душою звучала созвучно.
На кладбищах мира для всех хватит места,
Но это не повод стонать
Там, где рождается боль ...

Заезжает Трент, рассказывает, как «парочка еврейских принцесс истеричек» якобы видели в Бель Эр каких то монстров; идет разговор об оборотнях. Кто то из принцессиных подружек будто бы исчез. Вчера вечером в Бель Эр шел розыск, ничего не нашли, за исключением – здесь Трент ухмыляется – трупа изуродованной собаки . Еврейские принцессы, которые, по словам Трента, «вообще без башки», поехали ночевать к подруге в Энчино. Трент говорит, что у еврейских принцесс, видимо перепивших диетколы, была своего рода аллергическая реакция . Может быть, соглашаюсь я; но история меня тревожит. После ухода Трента я пытаюсь позвонить Джулиану, но никто не отвечает, я пытаюсь понять, где бы он мог быть. Вешаю трубку, уверенный, что слышу, как кричат в соседнем доме, ниже по каньону, закрываю окно . Еще слышен собачий лай, «KROQ» играет старую песню Doors, на тринадцатом канале «Война миров», я переключаю на какую-то религиозную программу, где проповедник вопит: «Дайте Господу вас использовать. Господь хочет вас использовать. Расслабьтесь и позвольте Ему вас использовать, вас использовать. Расслабьтесь, – продолжает он свое песнопение. – Использовать вас, использовать». Я пью джин с подтаявшими кубиками льда и, кажется, слышу, как кто то ломится в дом . Дэниел по телефону говорит, что это, вероятно, мои сестры , пытающиеся достать что нибудь выпить; из теленовостей я узнаю, что вчера ночью на холмах четверо были забиты насмерть, и большую часть ночи не сплю, глядя в окно на задний двор и ожидая оборотней.

Нельзя сразу плохо думать о людях, не разобравшись.