Цитаты на тему «» — страница 5

Может, и в самом деле у всех жизненных историй одна суть – меняются лишь герои , проявления, место действия? Весь мир – театр , и люди в нем актёры. Кто же тогда сценарист? Режиссёр? Зрители ?

Человек есть существо, ко всему привыкающее, и, я думаю, это самое лучшее определение человека .

Вполне нормально быть опасной. Многие из нас опасны, а те кто опасны, могут быть очень важны. Возможно, даже самыми важными иногда.

Золото — свет , вино — тепло .

— Базз...
— Ты что, не знаешь, что надо стучать, заморыш!
— Я могу спать в твоей комнате? Я не хочу спать в одной кровати с Фуллером. Если он напьется, то описается.
— Я никогда не разрешу спать тебе в моей комнате, даже если ты мне задницу будешь лизать! Ясно?!

И снится нам не рокот космодрома,
Не эта ледяная синева,
А снится нам трава , трава у дома,
Зеленая, зеленая трава ...

Страх и вина — это сёстры.

Мне и вправду хотелось это понять. Понять, почему люди все время делают то, что им откровенно не нравится. Как будто жизнь — это сужающийся тоннель. Когда ты только родился на свет , тоннель был широченным. Ты мог стать кем угодно. Но уже через секунду после рождения тоннель сужается вдвое. Если ты мальчик, ты уже точно не станешь матерью — и вряд ли будешь работать маникюршей или воспитателем детского сада. Потом ты растешь, и все, что ты делаешь с самого раннего детства, потихоньку сужает тоннель все больше и больше. Ты упал с дерева и сломал руку — подающим в бейсболе тебе не быть. У тебя одни двойки по математике — распрощайся с мечтой стать ученым. Как-то так. День за днем, год за годом, пока стены тоннеля не сомкнутся почти окончательно. Ты становишься пекарем, библиотекарем или барменом. Или бухгалтером. И все, дело сделано. А в тот день , когда ты умираешь, тоннель становится таким узким, что сквозь него не протиснешься с грузом всех этих бесчисленных невоплощенных возможностей — и тебя просто расплющивает в лепешку.

У каждого из нас — свой порог, друг мой. Солдаты или нет , мы не способны держаться вечно, рано или поздно мы превращаемся… во что-то другое. Будто мир вокруг нас изменился, хотя на самом деле это мы начали на него смотреть иначе. Меняется перспектива , но не от умозаключений — видишь, но не чувствуешь, или плачешь, а собственную боль рассматриваешь со стороны, как чужую. Здесь нет места ответам, потому что все вопросы выгорели. Более человек или менее — тебе самому решать.

И нам осталось уколоться и упасть на дно колодца,
И там пропасть на дне колодца, как в Бермудах навсегда!

Мужчина, как бы скверно ни поступил он с женщиной, никогда не верит, что ее любовь окончательно потеряна для него.

— В общем, я приказываю тебе..
— Я приказываю тебе действовать по своей воле и делать так, как тебе хочется
— И продолжать быть назойливой и непредсказуемо разрушительной.

Я не жду от судьбы подарков,
Да и есть ли вообще судьба-то?
Но я ради любви — под танки!
Всё приму, и чудес не надо!

Страх — это отсутствие логики, добровольный отказ от рациональной реальности. Мы поддаёмся ему или боремся с ним. Но компромисса здесь быть не может.

Кровь и власть пьянят: развиваются загрубелость, разврат ; уму и чувству становятся доступны и, наконец, сладки самые ненормальные явления. Человек и гражданин гибнут в тиране навсегда, а возврат к человеческому достоинству, к раскаянию, к возрождению становится для него уже почти невозможен. К тому же пример , возможность такого своеволия действует и на все общество заразительно: такая власть соблазнительна. Общество , равнодушно смотрящее на такое явление, уже само заражено в своем основании.

Потянувшись к Эмме, я рискнул всем, что у меня было. И каждый день я продолжал рисковать тем немногим, что у меня осталось. И тем самым я погрузился в мир, которого когда-то и представить себе не мог. И в этом мире я жил среди удивительных людей и совершал сумасшедшие поступки , выживая в невообразимых условиях. И все это потому, что я позволил себе иметь чувства к одной странной девушке.

Если никто не знает, что у вас есть сердце , что с того, что оно будет разбито?

— На этот раз у него нет дома с кучей прибамбасов, чтобы разделаться с нами. Он один в парке. Дети боятся парков.
— Даже взрослые не всегда из парков возвращаются.

Правильное для тебя направление может оказаться ошибочным для ближнего. Поэтому не слушай тех, кто скажет, что твоя дорога ведет в пропасть .

Пора бы нам перестать апатически жаловаться на среду, что она нас заела. Это, положим, правда , что она многое в нас заедает, да не всё же, и часто иной хитрый и понимающий дело плут преловко прикрывает и оправдывает влиянием этой среды не одну свою слабость , а нередко и просто подлость , особенно если умеет красно говорить и писать.