Цитаты на тему «» — страница 4

... суть человеческой жизни заключена не в так называемых памятных днях, вроде свадеб и триумфов, которые застревают в памяти как даты, обведенные красным на старых календарях, а, скорей, в монотонном потоке повседневных событий: выходные , когда каждый член семьи занят своими собственными делами, случайные встречи, пустяковые разговоры , которые сразу же забываются… но сумма этих часов представляет из себя нечто очень важное и вечное.

Уличная драка не может не внушать отвращения, однако энергия , проявленная ее участниками, взывает к чувству прекрасного: в потасовке простолюдин показывает свою ловкость.

О разнице между болью и наслаждением. Боль мы помним в общих, пусть и ужасных, чертах, но по-настоящему не помним. А вот наслаждение мы помним во всех подробностях. Сами подумайте – разве не так? Когда человек отведал изысканнейшего вина , выкурил лучшую сигару, отобедал в превосходнейшем ресторане… даже прокатился в такой вот шикарной карете, как наша теперешняя… или же познакомился с поистине красивой женщиной, все менее яркие впечатления подобного рода, полученные ранее, сохраняются у него и дальше, годами, десятилетиями… до конца жизни ! Боль мы никогда толком не помним. Наслаждение – во всех сибаритских подробностях – никогда не забываем.

Я видел Чарльза Диккенса со спущенными штанами в деревенском нужнике без двери, когда он хнычущим голосом требовал бумажку, чтобы подтереть задницу, а потому вам придется простить меня, если такой образ останется для меня более достоверным, чем образ «величайшего писателя всех времен и народов».

Нет , это надо же! Сначала они находят дверь между измерениями, раскрывают ее во тьму, не запирают за собой, а потом, увидев на пороге воплощенное порождение мрака, говорят: «Мы не хотели!»

Жизнь дается лишь раз, и она несчастна, убога, отвратительна, жестока и коротка. В ней нет плана, нет смысла, нет скрытых тайн, которые возмещали бы столь очевидные горести и банальность .

– Возможно, в этом году лед растает гораздо сильнее, чем в сорок шестом.
– Возможно, у меня из задницы выскочит стая мартышек.

Страшная усталость побуждает человека высказываться честно, не испытывая смущения.

Медицинская наука никогда не проникнет в сокровенные тайники души человеческой, даже через миллионы лет прогресса.

По собственному опыту знаю, что люди не ценят — или не умеют ценить — советов, идей или информации, полученных бесплатно.

Кто-то сказал, что самая грустная вещь, с которой сталкивается человек , — это то, что должно было быть. Но что, если человек сталкивается с тем, что было? Или чего может никогда не случиться, или чего больше никогда не будет. Выбрать верную дорогу никогда не бывает легко. Это решение мы принимаем только по велению своего сердца. Но иногда мы находим свой путь , чтобы сделать что-то лучшее . Иногда мы боремся с сожалениями и угрызениями совести за наши ошибки ... нашу злобу, и ревность и стыд , который мы чувствуем, когда не являемся теми людьми, которыми должны быть. И тогда мы находим наш путь к чему-то лучшему... или что-то лучшее находит свой путь к нам.

Не важно, чёрная кошка или белая кошка, если она может ловить мышей — это хорошая кошка.

Никто не хочет неудачного брака, все заканчивается миллионом мелких ошибок.

Все мы поедатели душ.

В проклятых проволочных очках чувствуешь себя так, словно смотришь сквозь черные шелковые женские панталоны, только при этом тебе далеко не так весело.

К счастью, в молодости, когда он еще не стал самим собой, Джона Бридженса удерживали от самоубийства еще две вещи помимо нерешительности: книги и иронический склад ума.

... когда общественный нажим сменяется тоталитарным пинком, законы имеют обыкновение забываться, а то и вовсе отправляются на свалку.

Вы что-то совершаете, а потом расплачиваетесь за это, помните об этом, когда поступаете плохо . Когда вы изменяете, крадете, ненавидите, завидуете или что вы там делаете, планируете сделать или сделали. Будут лишь последствия . Будет лишь боль , чувство вины и горечь от осознания того кто вы и что вы сделали. Не делайте этого.

Они назвали горы именами своих друзей и покровителей. Они нарекли два вулкана, видневшихся на горизонте, в честь своих кораблей — вот этих самых кораблей, — дав дымящимся горам названия Террор и Эребус. Крозье удивило, что они не назвали какой-нибудь значительный географический объект в честь корабельного кота.

Теперь Фрэнсис Крозье понял, что самые соблазнительные и возбуждающие одеяния из всех мыслимых женских нарядов — это скромные закрытые платья...