Цитаты на тему «» — страница 63

Удивляй всех и вся... считай себя не таким как все, будь лучше, ведь ты же с Марса.

Все ошибаются. Но умный человек ошибку свою запомнит, научится на ней и более постарается не допускать. Дурак же упорствовать станет...

Фальшь , высокомерие , ограниченность , бесчувственность , злоба , зависть и прочее — не национальные черты. Я не знаю ни одной фальшивой, завистливой или злой нации...

Нет повести печальнее на суше, чем повесть об Андрюше и Катюше.

Всё это время я думал, что Господь утратил веру в меня, но это я утратил веру в него. А теперь я понял это. Утрата моей силы это испытание. И если так, то я его провалил.

В мире нет ничего, про что можно было бы с уверенностью сказать: это так и никак иначе. Судить о чем-либо мы можем, выбрав определенную систему понятий. Но при ее изменении, как при смене угла зрения, меняет очертания и сама истина .

Тому, кого удручает безмолвие, приятно даже рычание.

Ты говоришь мне, что Чикаго управляют пять семей монстров? Это что, «Крёстный отец» с клыками?

Глагол «не любить ». Второе спряжение. Изъявительное наклонение, настоящее время . Первое лицо единственного числа — я не люблю; второе лицо единственного числа — ты не любишь; третье лицо единственного числа — она не любит, — выпалил Том.

Lorsque la sombre croix sur nous sera plantée,
La terre nous ayant tous deux ensevelis,
Ton corps refleurira dans la neige des lys
Et de ma chair naîtra la rose ensanglantée.
Et la divine Mort que tes vers ont chantée
En son vol noir chargé de silence et d’oublis,
Nous fera par le ciel, bercés d’un lent roulis,
Vers des astres nouveaux une route enchantée.

– Что-то я устал.
– Выпей вина – это подбодрит.
– Или расслабит.
– То есть поможет в любом случае.

Только тот, кто уверенно, без ломаний любит себя, способен любить других – посмотрите на самых обаятельных, добрых и открытых людей и вы убедитесь, что это так: они любят себя так спокойно, что им не приходится поддерживать эту любовь никаким самоутверждением, им не надо слишком уж скрывать недостатки и бояться насмешек и осуждения.

Подавляющее большинство людей... не способно самостоятельно думать , а только веровать, и... не способно подчиняться разуму, а только власти.

В древности люди учились для того, чтобы совершенствовать себя. Ныне учатся для того, чтобы удивить других.

– Я тот, кто вам нужен, – сказал я решительно.
– С чего вы взяли, что мне вообще кто-то нужен? – ответила она , не посмотрев и в мою сторону, продолжая махать крылышками из ладоней,– у меня есть осень .
– Но ведь осень скоро закончится, что вы тогда будите делать?
– Тогда и приходите.

Что касается Республиканского принципа, то ему на земле не находится даже аналогий, не считая «луговых собак», а это исключение если что-либо доказывает, так только то, что демократия является отличной формой правления — для собак.

Я знаю, что говорю общие слова о женщинах. Я бы не хотел обобщать, это вульгарно. Всё, что я хочу сказать, — у женщин нет чувств. Потому что именно мужчины гораздо более романтичны по сравнению с женщинами. Мужчины — это люди , от которых вы можете услышать следующее: «Я нашёл её. Она потрясающая. Если я не могу быть вместе с этим человеком, я обречён. Я не могу держать себя в руках, я имею в виду, что она полностью изменила мою жизнь . У меня была работа , квартира — всё это ничего не значит. Я не могу пережить это, я должен быть вместе с ней, потому что иначе я закончу жизнь в какой-нибудь ночлежке для бомжей, я стану алкоголиком, продающим свои последние трусы. Я больше уже не могу спокойно ходить по улицам». Это в точности то же самое, что женщины думают о туфлях.

Сталкеры уже не являются людьми, они мутанты.

Ничего, подумал Юрковский, скоро всё кончится. Он заглянул в перископ. Было видно, как вверху, откуда падал планетолет, сгущается коричневый туман , но снизу, из непостижимых глубин, из бездонных глубин водородной пропасти, брезжил странный розовый свет . Тогда Юрковский закрыл глаза . Жить , подумал он. Жить долго. Жить вечно. Он вцепился обеими руками в волосы и зажмурился. Оглохнуть, ослепнуть, онеметь, только жить . Только чувствовать на коже солнце и ветер , а рядом — друга . Боль , бессилие , жалость . Как сейчас. Он с силой рванул себя за волосы . Пусть как сейчас, но всегда. Вдруг он услышал, что громко сопит, и очнулся. Ощущение непереносимого, сумасшедшего ужаса и отчаяния исчезло. Так уже бывало с ним — двенадцать лет назад на Марсе, и десять лет назад на Голконде, и в позапрошлом году тоже на Марсе. Приступ сумасшедшего желания просто жить , желания тёмного и древнего, как сама протоплазма. Словно короткий обморок. Но это проходит. Это надо перетерпеть, как боль . И сразу о чём-нибудь позаботиться.

Нельзя стать первым без очередей.