Цитаты на тему «» — страница 31

Нынче ночью в воздухе пахло Временем. Он улыбнулся, мысленно оценивая свою выдумку. Неплохая мысль. А на самом деле: чем пахнет Время ? Пылью, часами, человеком. А если задуматься, какое оно — Время то есть — на слух ? Оно вроде воды, струящейся в темной пещере, вроде зовущих голосов, вроде шороха земли, что сыплется на крышку пустого ящика, вроде дождя. Пойдём ещё дальше, спросим, как выглядит Время ? Оно точно снег , бесшумно летящий в черный колодец, или старинный немой фильм , в котором сто миллиардов лиц, как новогодние шары, падают вниз, падают в ничто . Вот чем пахнет Время и вот какое оно на вид и на слух .

Кости были уложены очень аккуратно — как дрова в поленнице, а поверх них такими же ровными рядами лежали черепа.

— Том, — сказал Дуглас. — Обещай мне одну вещь, ладно?
— Обещаю? А что это?
— Конечно, ты мой брат, и, может, я другой раз на тебя злюсь, но ты меня не оставляй, будь где-нибудь рядом, ладно?
— Это как? Значит, мне можно ходить с тобой и с большими ребятами гулять?
— Ну... ясно... и это тоже. Я что хочу сказать: ты не уходи, не исчезай, понял? Гляди, чтоб никакая машина тебя не переехала, и с какой-нибудь скалы не свались.
— Вот еще! Дурак я, что ли?
— Тогда, на самый худой конец , если уж дело будет совсем плохо и оба мы совсем состаримся — ну, если когда-нибудь нам будет лет сорок или даже сорок пять, — мы можем владеть золотыми приисками где-нибудь на Западе. Будем сидеть там, покуривать маисовый табак и отращивать бороды.
— Бороды! Ух ты!
— Вот я и говорю, болтайся где нибудь рядом и чтоб с тобой ничего не стряслось.
— Уж будь спокоен, — ответил Том.

Ненавижу это чувство правоты, когда в глубине души я не уверен, что прав. Кто мы, если разобраться? Большинство ?... Чем не ответ: ведь большинство всегда непогрешимо, разве нет ? Всегда — и не может даже на миг ошибиться, разве не так? Что представляет собой большинство и кто в него входит? О чем они думают, и почему они стали именно такими, и неужели они никогда не переменяться, и ещё — какого черта меня занесло в это Треклятое большинство ? Мне не по себе. В чём тут причина: клаустрофобия, боязнь толпы, или просто здравый смысл ?

Он продолжил:
— А я присматривался к вам. Не стану ходить вокруг да около и скажу напрямик. Мы сидим на этой веранде уже не первый месяц. А значит, давно знаем друг друга . Конечно, вы на целых 15 лет моложе, но разве это препятствие нашей помолвке, как вы полагаете?

Что ты дал городу, Монтэг?
Пепел.
Что давали люди друг другу?
Ничего.

Постарайтесь представить себе человека девятнадцатого столетия — собаки , лошади , экипажи — медленный темп жизни . Затем двадцатый век . Темп ускоряется. Книги уменьшаются в объеме. Сокращенное издание. Пересказ. Экстракт. Не размазывать! Скорее к развязке!
— Скорее к развязке, — кивнула головой Милдред.
— Произведения классиков сокращаются до пятнадцатиминутной радиопередачи. Потом еще больше: одна колонка текста, которую можно пробежать за две минуты, потом еще: десять — двадцать строк для энциклопедического словаря. Я, конечно, преувеличиваю. Словари существовали для справок. Но немало было людей, чье знакомство с «Гамлетом» — вы, Монтэг, конечно, хорошо знаете это название, а для вас, миссис Монтэг, это, наверно, так только, смутно знакомый звук, — так вот, немало было людей, чье знакомство с «Гамлетом» ограничивалось одной страничкой краткого пересказа в сборнике, который хвастливо заявлял: «Наконец-то вы можете прочитать всех классиков! Не отставайте от своих соседей». Понимаете? Из детской прямо в колледж, а потом обратно в детскую. Вот вам интеллектуальный стандарт, господствовавший последние пять или более столетий.

Вы можете оставить своё жильё, выгрести и сжечь весь хлам, переехать из трущоб, отречься от собственной матери, купить новую одежду и машину – сменить всё своё окружение . Но что делать мозгу, мечущемуся как мышь в мышеловке?

Дети есть дети , бабушки есть бабушки, и между ними пропасть . Они представить себе не могут перемен в человеке, не увидев их собственными глазами.

Дерево, чего-чего только оно не может… Оно дарит краски природе, простирает тень , усыпает землю плодами. Или становится царством детских игр — целый поднебесный мир, где можно лазить, играть, висеть на руках… Великолепное сооружение, несущее пищу и радость , — вот что такое дерево. Но прежде всего деревья — это источник живительного прохладного воздуха для легких и ласкового шелеста, который нежит твои слух и убаюкивает тебя ночью, когда ты лежишь в снежно-белой постели.

За грехи войны люди в аду не горят. Война есть война.

Они сорвали гроздь винограда с шершавой дикой лозы. Посмотришь на ягоду против солнца — в ней отчетливо проступают виноградные мысли , погруженные в густо-янтарную мякоть, горячие семена раздумий, накопившиеся у лозы за долгие послеполуденные часы одиночества и растительного созерцания.

Но человек не может жить без символов и ярлыков.

Странно, но я как будто не способен ничего чувствовать.

Слова листве подобны, и где она густа, так вряд ли плод таится под сению листа.

— Пришла токсикология по Лэнсу. Все чисто. Но коронер говорит, что по всем признакам Лэнса сгубила Белладонна.
— Порнозвезда?
— ... яд.

Полное изнеможение плюс мораль «конца света», составляют изысканнейший салат

И улыбки их были щедрыми, как лето .

Как чудесно лежать в ночи папоротников, трав, в ночи негромких сонных голосов, все они шелестят, и сплетаются, и из них соткана тьма.

Когда человеку двадцать девять лет и девять месяцев, это его не волнует. Но когда исполняется тридцать — чертям тошно делается, жизнь окончена, любовь прошла, карьера идет под откос или летит в трубу — на выбор . И человек проходит следующие десять, двадцать лет, минуя тридцатилетие, сорокалетие и двигаясь к пятидесятилетию, разумно не касаясь времени, не пытаясь цепляться за жизнь изо всех сил, давая ветру дуть и реке течь. Но боже, милостивый, неожиданно ты достигаешь пятидесятилетия, этой милой круглой цифры, солидного итога, и тут — бах! Депрессия и ужас . Куда ушли годы ? Что ты сделал за свою жизнь ?