Цитаты на тему «» — страница 84

Нужно помнить общаясь с протестантами: они любят животных, но людей терпеть не могут.

— Тебе и вправду всё равно, что подумают или скажут другие люди ?
— Да.
— Тогда мы тебе больше не нужны.

Хочется, чтобы у меня всё было так же просто, как на открытке.

Подходить слишком близко к влюбленным, когда они ссорятся, смертельно опасно.

— Это место абсолютно неприступно.
— Мне никогда не нравилось слово «неприступно» — звучит как «непотопляемо».
— А что такого в слове «непотопляемо»?
— Ничего, как айсберг сказал «Титанику»!
— Что-что?
— Буль-буль-буль...

— Зачем же ты стал поэтом?
— Я перепробовал всего понемногу. Я был солдатом, но слишком отважным, был монахом, но не совсем благочестивым, к тому же я не пью и вот, по зову сердца, я стал поэтом.

Во все времена все правители пытались навязать подданным ложные представления о действительности; но иллюзий, подрывающих военную силу, они позволить себе не могли. Покуда поражение влечет за собой потерю независимости или какой-то другой результат , считающийся нежелательным, поражения надо остерегаться самым серьезным образом. Нельзя игнорировать физические факты . В философии, в религии, в этике, в политике дважды два может равняться пяти, но если вы конструируете пушку или самолет , дважды два должно быть четыре.

Ветер на море гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На раздутых парусах.

И, вообще, во всей истории этого города поражает один факт: сегодня расточат горожан и уничтожат их всех до единого, а завтра , смотришь, опять появятся горожане и даже, по обычаю, выступят вперед на сходках. Каким образом они нарастали — это была тайна.

— А почему у них нет занавеса?
— Ищут.
— Что, ищут занавес?
— Не только занавес, они вообще в поиске.
— Ну вы знаете, по-моему, у них нет и декораций, хорошо мы прошли бесплатно, но тот, кто заплатил деньги ...

Выпью водки — разойдусь!

Самое тёмное место — под лампой.

— Ваш брат — актер. Обаятельный — но беспринципный характер . До мозга костей.
— Просто соблазн немедленных удовольствий был слишком силен для него, не привыкшего ничем жертвовать.

Со временем ты поймешь, что самое трудное не сжечь письма , а забыть их...

— Это сущий ад.
— Что?
— Когда человек взрослеет.

Ему нестерпимо хотелось выругаться – длинно и во весь голос . Или удариться головой о стену, пинком опрокинуть стол, запустить в окно чернильницей – буйством, шумом, болью, чем угодно, заглушить рвущее душу воспоминание.

А мне так мало нужно для счастья — одно шоколадное мороженое.

В такое просто не поверишь, пока своими глазами не увидишь. Солдаты Красной Армии, даже заживо сгорая, продолжали стрелять из полыхавших домов.

— Эй, Мюрей, хотел попросить.
— Да?
— Будешь объявлять, назови меня Джокер.

— Ой, но это же глупость . Цветы не могут говорить.
— Ну конечно, мы можем говорить, моя дорогая.