Цитаты на тему «» — страница 45

Не довспомнивши, не допонявши,
Точно с праздника уведены…
— Наша улица ! — Уже не наша… —
— Сколько раз по ней… — Уже не мы… —
— Завтра с западу встанет солнце !
— С Иегóвой порвет Давид!
— Что мы делаем? — Расстаемся.
— Ничего мне не говорит
Сверхбессмысленнейшее слово:
Рас — стаемся. — Одна из ста?
Просто слово в четыре слога,
За которыми пустота .

Хочется подбрасывать эти безумные воспоминания к белоснежному, как бумага, потолку, чтобы они падали вниз, краями царапая кожу, а ощущениями... что то возле сердца.

От прошлого у него сохранилось воспоминание о беззаботных, добродушных женщинах, веселых от любви , благодарных ему за счастье , хотя бы очень короткое; и о таких, — как, например, его жена, — которые любили без искренности, с излишними разговорами, манерно, с истерией, с таким выражением, как будто то была не любовь , не страсть , а что-то более значительное; и о таких двух-трех, очень красивых, холодных, у которых вдруг промелькало на лице хищное выражение, упрямое желание взять, выхватить у жизни больше, чем она может дать, и это были не первой молодости, капризные, не рассуждающие, властные, не умные женщины , и когда Гуров охладевал к ним, то красота их возбуждала в нем ненависть , и кружева на их белье казались тогда похожими на чешую.

Монстры — это жуткие твари, но те монстры, которые ходят и говорят по-человечески, еще хуже.

Не нужно быть профессиональным футурологом, чтобы во всей неприглядной полноте изобразить картину ближайшего будущего. Если, конечно, не произойдет коренных изменений глобального характера. А именно это и является определяющим фактором в формировании облика будущего, ибо оно, подобно узору в калейдоскопе, складывается из принимаемых сегодня решений.

— Что мы такое, если не сумма воспоминаний?
— Мы забываем, кем могли бы стать. Разве это не важнее?

Этот случайный момент, когда ты внезапно вспоминаешь кого-то, кого уже нет в твоей жизни , и чувствуешь себя так, будто тебя насквозь пронзили ножом.

Я знаю: не важно, что случится в будущем, как сложатся наши жизни , у нас всегда будут эти общие воспоминания .

Будущее никому не гарантировано, но я не хочу потерять свое прошлое .

В нашей сегодняшней печали нет ничего горше воспоминаний о нашей вчерашней радости.

Она должна была просто зачерпнуть из меня дёгтя маленькой ложечкой, зачерпнуть и отлить, чтобы я не переполнился. Но она вместо этого опускает в меня обе руки . И чёрная густая жижа плещет наружу через края. И со дна поднимается что-то... Забытое, страшное.

Воспоминания могут быть хрупкими, они бывают легкими как шепот, а бывают страшными как крик .

Мы при этом охотно забываем, что, в сущности, все в нашей жизни случайно, начиная от нашего зарождения вследствие встречи сперматозоида с яйцеклеткой, случайность , которая поэтому и участвует в закономерности и необходимости природы и не зависит от наших желаний и иллюзий. Разделение детерминизма нашей жизни между «необходимостями» нашей конституции и «случайностями» нашего детства в частностях еще нельзя определить; но в целом не может быть сомнения в важном значении именно наших первых детских лет. Мы все ещё недостаточно преклоняемся перед природой, которая, по неясным словам Леонардо, напоминающим речи Гамлета, «полна неисчислимых причин, которые никогда не подвергались опыту». Каждый из нас, человеческих существ, соответствует одному из бесчисленных экспериментов, в которых эти области природы должны быть подвергнуты опыту.

— Какие-то нелепые воспоминания ... Что это? Старость ?
— Нет . Сытость . Сытая философия .
— Сытость ... Нет , нет , нет . Это... Как бы тебе это объяснить? ... Это голод . Воспоминания — это голод .

Воспоминания — чертовски тяжелый багаж.

Ручаюсь — когда человек умирает, ему становится ясно, что Господь уже являлся ему. Что все вот это... — и она делает широкий жест рукой, показывая на облака , и на наших змеев, и на траву, и на Королька, зарывающего кость, — все, что люди видят вокруг, это и есть Бог .

Никогда не знаешь заранее, какое воспоминание может вызвать у человека наибольшее потрясение .

Я не представлял, что смогу когда-нибудь, в кого-нибудь влюбиться. Но, когда я думаю о тебе, мне больно. И я не могу больше выносить это. Все воспоминания , связанные с тобой, я не хочу хранить. Ты мне нравишься, но я не уверен, что смогу отпустить. Поэтому... откажись от меня ты.

Уже моя фантазия меркнет, вдохновение гаснет, слова наскучили мне самому, и если я храню написанное мною, то только потому, что люблю окружать себя воспоминаниями, ради чего я не продаю даже моей старой одежды. Иногда я отправляюсь взглянуть на нее в чулан, где она хранится, и мечтаю о том времени, когда эта одежда была нова, и обо всем том, что я делал, щеголяя в ней.

Мы стеснялись показывать, что страдаем. При этом в нашей обычной жизни мы хотим, чтобы наши чувства замечали. Мы плачем, чтобы окружающие видели, что мы плачем.