Цитаты на тему «» — страница 253

Он не любил меня. Мужчина не может любить женщину, которую он почти презирает, которую стыдится.

— Я вспоминаю тот день , когда я тонула. Ты фактически вытащил меня из бездны царства мертвых... Ты ведь и сам мог утонуть тогда!
— Как бы там ни было, это уже не важно. Мы живы, но мы всё еще потенциальные мертвецы. Все и каждый!
— Спасибо тебе! Я жива благодаря только тебе!
— Ты благодаришь меня за то, что я оставил слово «потенциальный» у слова «мертвец»? Такие жизнерадостные всегда меня умиляли!

Рождаемых число ряды усопших множит,
Бессмертной жизнью тешится мечта .
3а гробом жизни нет и быть её не может,
Идёт за жизнью смерть , за смертью пустота .
Воскреснуть мёртвому природа не поможет,
Она и без того по горло занята.

Мерсо ждал, что хоть одна из проходящих мимо женщин бросит на него взгляд , который доказал бы ему, что он еще способен участвовать в той сложной и тонкой игре, что называется жизнью. Но люди , находящиеся в добром здравии, ловко делают вид, будто не заметили устремленного на них лихорадочного взгляда.

Вот уже двадцать лет как мне не было дано испытать счастья. Я так и не узнал как следует пожирающую меня жизнь , а в смерти меня ужасает то, что она лишь подтвердит: моя жизнь была прожита без меня. Я остался на ее задворках, понимаете? Это значит, что, в сущности, даже в моем положении еще есть надежда .

Не верьте тем, кто говорит, что в последние оставшиеся секунды перед смертью человек видит всю свою прошедшую жизнь , которая табуном доралисских лошадок проносится перед его глазами. Врут. Откровенно, нагло и безбожно врут.

Настанет день — исчезну я,
А в этой комнате пустой
Все то же будет: стол, скамья
Да образ , древний и простой.
И так же будет залетать
Цветная бабочка в шелку –
Порхать, шуршать и трепетать
По голубому потолку.
И так же будет неба дно
Смотреть в открытое окно
И море ровной синевой
Манить в простор пустынный свой.

Куда пропал? Да не было в живых!

Такие дела , Эсхила убила черепаха, упавшая на голову. Жан Батист Люлли заработал гангрену отбивая такт . Фридрих Барбаросса забыл снять доспехи, переправляясь через поток, а я тупо умру от страха потому что, вот такой я идиот.

На надгробиях надо писать не то, кем человек был, а кем он мог быть.

Я не боюсь смерти, я просто счастлив жить , видеть, слышать, чувствовать, наслаждаться окружающим миром. Видите, какой я расчётливый! Я не прошу, подобно Фаусту, вернуть мне молодость. Мне бы хотелось просто оставаться таким, какой я есть. Я бы охотно согласился и дальше терпеть все те неудобства, которые причиняет мне мой возраст . И пусть мне говорят, что я преувеличиваю или прошу слишком многого. Будет вам! Я прошу даровать мне всего лишь ещё тысячу лет — не так уж и много — просто из любопытства, чтобы увидеть, каким станет наш мир в третьем тысячелетии…

Такое состояние , как будто упала с десятого этажа... И вместо того, чтобы умереть — выжила.

Не бояться смерти — значит, не бояться и жизни .

Смерть утратит власть над вселенной.
Станут голые трупы плотью одной
С человеком ветра и закатной луной,
Оголятся их кости , претворясь в перегной,
Рядом с ними звезды затеплятся въявь,
К ним, безумным, вернется разум иной,
Утонувшие снова всплывут над волной;
Хоть любовников нет — сохранится любовь .
Смерть утратит власть над вселенной.

Смерть действительно великий уравнитель.

— Я только что поняла, что я потеряла. Банни была единственной ниточкой, связывающей меня с прошлым. Единственной, кто всё помнил.
— Знаю. Человеку становится одиноко, когда умирает последний… Последний, кто всё помнил.

Жить для того, чтобы умереть, вообще не забавно, но жить, зная, что умрёшь преждевременно, — уж совсем глупо...

На могильном камне ничего не пишут, если сразу мертвого захотят забыть

Королева умерла, а мир содрогнулся... И лишь враги кровавые торжествовали, пока весь народ оплакивал великую Султаншу...

Ночь сбросила облачный наряд и лучилась теперь во всем своем спокойном сиянии. Машины на дороге бежали не так быстро. В глубине долины внезапно раскричались готовящиеся ко сну птицы . Перед домом слышались шаги, и каждый звук в этой ночи, пролитой над миром словно молоко, разносился гулко и ясно.