Цитаты на тему «» — страница 212

Я была мертвой. Возможно, это прозвучит странно, но единственным способом выжить было... прекратить жить . Нет , не накинуть на шею петлю, а прекратить чувствовать, прекратить реагировать.

Нами захвачены первые пленные — снайперы и дезертиры получают заслуженное.

Смерть была везде. Зулейха поняла это еще в детстве. И трепетно-мягкие, покрытые нежнейшим солнечно-желтым пухом цыплята, и курчавые, пахнущие сеном и теплым молоком ягнята, и первые весенние мотыльки, и румяные, налитые тяжелым сахарным соком яблоки – все несли в себе зачаток будущего умирания.

Она оставляла жизнь без сожаления, не боялась смерти и приняла ее как благо . Часто это говорят, но как редко действительно бывает! Она могла не бояться смерти, потому что умирала с непоколебимою верою и исполнив закон Евангелия. Вся жизнь ее была чистая, бескорыстная любовь и самоотвержение.
Что ж! ежели ее верования могли бы быть возвышеннее, ее жизнь направлена к более высокой цели, разве эта чистая душа от этого меньше достойна любви и удивления?
Она совершила лучшее и величайшее дело в этой жизни — умерла без сожаления и страха.
Ее похоронили, по ее желанию, недалеко от часовни, которая стоит на могиле матушки. Заросший крапивой и репейником бугорок, под которым она лежит, огорожен черною решеткою, и я никогда не забываю из часовни подойти к этой решетке и положить земной поклон.
Иногда я молча останавливаюсь между часовней и черной решеткой. В душе моей вдруг пробуждаются тяжелые воспоминания . Мне приходит мысль: неужели провидение для того только соединило меня с этими двумя существами, чтобы вечно заставить сожалеть о них?..

Задумался о тех, кто пишет фразу: «В моей смерти прошу никого не винить». Неужели они не чувствуют всего идиотского и неуместного официоза этих слов? Неужели они всерьез рассчитывают, что близкие родные , прочитав легко узнаваемый текст, пожмут плечами и сразу же согласятся: «а, ну раз так, раз любимый смертник сказал, то и не будем себя винить, пойдем помянем и по домам»? Нелепо. Глупо. И страшно, потому что именно эту фразу пишут раз за разом, повторяя снова и снова. Одну и ту же. Безобразно банально и безвозвратно жутко. Но все же именно эта фраза врастает в подкорку всей своей ледниковой плоскостью. И каждый раз, когда предательски дергается рука, когда взгляд упирается в бездонную точку ночного бессветия, когда нет сил даже сглотнуть боль , когда вжимаешь плечи в бетонную стену, превращаясь из человека в сигнальный знак «стоп», в сжатую безумием и отчаяньем пружину... Именно эта чертова фраза бегущей строкой внутреннего хаоса медленно течет по изнанке твоих собственных век .

Мы, могильщики, много чего знаем… что другим неведомо. Любой скажет. Кто всю жизнь могилы копает, тот знает.

Насколько прекраснее становится мир, когда вас в нем почти уже нет ! Я знаю, что буду помнить об этом, даже когда у меня больше не будет памяти. Потому что после нашей смерти другие будут помнить за нас.

Ты об утратах не жалей
И миг утраты не кляни:
Как тёмный дух грядущих дней,
Проходит он сквозь наши дни,
Чтоб мы учились у него
Мириться с тем, что суждено,
И обходиться без того,
Что смерть отнимет всё равно.

Что такое смерть ? Этот вопрос неотвратимо приходит к каждому человеку, тем более, когда сам возраст начинает уже его подсказывать. Но дело даже не столько в возрасте, сколько в мудрости, которая более всего характеризует человека независимо от прожитых им лет. Помните у Лермонтова, когда ему всего-то было 20 с чем-то лет: «Уж не жду от жизни ничего я и ничуть мне прошлого не жаль».
Из-за невозможности найти ответ на вопрос о смысле жизни перед лицом неминуемой смерти нередко возникают трагедии. Сейчас очень много случаев, когда люди кончают жизнь самоубийством – именно из-за кажущейся им бессмысленности жизни . Причем, самоубийства охватывают все возрасты, начиная с самого юного, среди самоубийств есть даже дети – 10, 11, 12 лет, а порой и того меньше. Это поразительное явление наблюдается сейчас и в России, и за рубежом. Например, в Соединенных Штатах около 1,5 процента всех смертей – самоубийства.

Когда она появилась, с ее ладоней еще не сошли снежные укусы, а с пальцев — кровавый иней. Все в ней было какое-то недокормленное. Проволочные ножки. Руки как вешалки. На улыбку она была не скора, но если та все же появлялась, была заморенная. Волосы у нее были сорта довольно близкого к немецкому белокурому, а вот глаза — довольно опасные. Темно-карие. В те времена в Германии мало кто хотел бы иметь карие глаза . Может, они достались Лизель от отца, но знать наверное она не могла, ведь отца Лизель не помнила. Об отце она хорошо помнила только одно. Ярлык, которого не могла понять.

А вы знаете, у меня есть знакомый. Так вот, у него есть собственная теория о том, что в компании, в которой больше трех человек , в процессе посиделок разговор всегда заходит о смерти...

Повелевать смертью, значит повелевать жизнью. Смерть — кульминация жизни . Чтобы достойно умереть, нужно дорожить каждой секундой жизни .

Я не боюсь смерти. Серьезно. Совсем. Я ведь очень много думал об этом… Это как младенцы боятся ступить на зеленую траву, не понимая, что она из себя представляет. А где есть страх , там мы сразу создаем мифологию. И это всегда мифология ужаса. Но ведь никто не вернулся оттуда, чтобы унять этот священный ужас перед неизвестным – или наоборот, чтобы убедить, что бояться реально стоит. Так почему мы, приземленные сгорбленные к земле насекомые , так уверены, что после смерти нас ждет что-то ужасное?

Я умираю на полном серьезе, объясняет Марла. Если хочешь насладиться этим зрелищем, можешь взять и приехать.

Я убеждён в посмертном существовании, независимо от теологии. Если мир сконструирован разумно, должно быть посмертное существование .

Не для меня придёт весна ,
Не для меня Дон разольётся,
И сердце девичье забьётся
С восторгом чувств — не для меня.
Не для меня сады цветут,
В долине роща расцветает,
Там соловей весну встречает,
Он будет петь не для меня.
<...>
А для меня кусок свинца -
Он в тело белое вопьётся,
И слёзы горькие польются.
Такая жизнь , брат, ждёт меня.

— Если бы я служил Богу так хорошо , как королю, Бог не оставил бы меня умирать здесь.
— Слава Богу, вы умираете здесь. Король бы вас послал умирать в Тауэр.

Пока не умеешь умирать, жить плохо получается.

В чём радость смерти, если она не смешана со страхом?

Ни друг, ни врач не могли уберечь
Мое смертное тело от этой могилы .
Ни грязь , ни глина не смогут удержать меня здесь,
Когда Бог призовет явиться меня.