Цитаты на тему «» — страница 75

— Дождь ... Хозяин , дальше не пойду. Не пойду, тяжело.
— Ещё как пойдёшь. Иначе высеку.
— Хозяин , ты этого не сделаешь, ты добрый. Ты ведь Бог .
— Ещё как высеку. В кошмарном сне не снилось.

Люди . Вы принимаете очень важное решение в вашей жизни . Быть одиноким или быть с кем-то? Быть здравомыслящим или не одиноким?

Апатия — это когда и надо бы повеситься, да не хочется.

У меня оргазмы бывают дольше, чем у него романы.

Правду-матку столько раз резали, что матка правды ни к черту не годится.

— Да что такое с вами, американцами? Как может такая тупорылая нация быть такой богатой и такой высокомерной? Американцы… кинозвезды… телезвезды… назовут детей Яблоками, Одеялами, Голубыми и Сволочами и еще хрен знает как.
— И это ты к чему?...
— Это я к тому, что у вас любая херь демократией называется. Насилие… жадность… тупость… но если это делают американцы , то все ок.

Странно, вам сидеть ещё двадцать лет, а ваши « друзья » с воли хотят вашей смерти. И, вообще, гражданин осу́жденный, враги у вас на воле нехилые, так что — поздравляю, жизнь удалась.

Вы счастливейший обладатель снимка моей ладони, — саркастически произнёс Кент. — Увеличьте его и повесьте в Музее современных искусств.

Все люди станут богатыми! Кроме бедных...

Я смирился с моей физиономией лишь после того, как на экраны вышел один из самых известных моих фильмов «Бассейн». Мне было тридцать три. Тогда я неожиданно понял: возраст Христа, душа самурая и внешность героя-любовника — вот в чём моё противоречие и в то же время актёрский козырь.

— Учиться надо было!
— Я учился...
— Не тому и не у тех ты учился!
— Ой, ой не тому и не у тех! Вы уловили самую суть дела ...

Брачное ложе предназначено для двоих, почему же каждое утро застилает его именно женщина? Кроме рук у нас есть ещё и голова . Я призываю мужчин позволить нам пользоваться ею!

— Да ладно. Кто старое помянет, тому глаз вон.
— А кто забудет, тому оба.

Ты пёс по всем признакам, кроме верности.

Третьего утром с детьми на елку. Четвертого баня , катание с горки.
Пятого к маме визит и к брату. Там снова съедаем тазик салата.
В салате лежит килограмм майонеза, Что вкусно, а главное очень полезно!
— Не дай салату себя убить!
— А что же делать?
— Что делать? Пить!

— Вот в Париже никому ни до кого нет дела .
— А вы что, были в Париже?
— Неважно!

— Нэнси была к нему ближе всего. Она классический пример властной партнёрши.
— Что?
— Ты знаешь этот тип. Они всегда ищут слабых, чтобы потом иметь власть в отношениях.

— Тебя повесят! И меня тоже за то, что допустил это.
— Скорее, мы погибнем здесь и заберем эту тайну с собой.
— Какое утешение !

– Ты поосторожнее со словами-то, – с ехидцей протянула я просто для того, чтобы лишний раз позлить соседку. – Неосторожно брошенное «никогда» однажды может свести все твои клятвы на нет .

— Слушай, неужели ты ему ещё ни разу не изменила?
— Зачем?
— Вот и я каждый раз думаю: зачем? У нас во дворе были качели. С них одна девчонка упала и разбилась. Об асфальт. Мама мне запрещала к ним близко подходить. А я всё равно качалась — тайком. Потом шла домой и думала: зачем? Ничего не меняется — всё как в детстве. Только качели разные...