Цитаты на тему «» — страница 45

— Гашу ваши обязательства , выкупаю ваши доли и плачу миллион сверху. По пятьсрт тысяч каждому.
— Но как же партнёрство? Ты говорил, что мы создадим партнёрство. Это, конечно, не моё дело, но что вы так вцепились в мой клуб?
— Он мне нравится. А партнёрство меня не особо вдохновляет. Моё предложение очень выгодно и я не делаю таких предложений дважды. Я так вижу ситуацию, у вас трудности , а я могу помочь, если правильно разыграем партию — проигравших не будет. Не забывайте: у вас скоро крупный платёж по кредиту.
— Про татуировку у меня на заднице, ты ему тоже рассказал?

Пребывание в коллективе — единственная гарантия нормального состояния и здоровья. Одиночка — больной, это сухая ветка, которую надлежит обрубить и сжечь, ведь в опасности все общество , если хотя бы один его член заболел одиночеством.

— А вот за руны спасибо , братец, — поблагодарил он, похлопав труп по спине.
— Чтоб тебе подавиться ими, если не отомстишь подлой суке, которая перерезала мне глотку, — ответил Праймус, и его голос прозвучал щебетом горных птиц, которые, проснувшись, приветствуют новый день .

Если правда думаешь, что возьмут в полицию, у тебя морковка вместо мозгов.

Тут лицо Ивана Ивановича приняло бессмысленное, почти идиотское выражение. То самое выражение, которое приобретает лицо русского человека вне зависимости от возраста, профессии и должности, если начальство вдруг спрашивает: куда пропало находившееся в ведении данного лица казенное имущество . А уж какое это имущество: киносценарий, моющиеся обои, тракторная гусеница, банка трески в томате, канцелярская скрепка — это решительно всё равно. Потому что страна огромная, пространства необозримые, степи, горы , леса и моря, народу везде полно, и запропаститься бесследно может что угодно, где угодно и когда угодно.

В вас есть что-то от вечной неудачницы.

— Большая часть наших футболистов спит и видит, как бы попасть в какой-нибудь западный клуб!
— В общем-то, да. Жаль только, что видят они это всё во сне, а спят прямо на поле!

— Дин... ты меня...
— И ты меня...
— Парни, мож поедем, а? А то я сейчас разревусь!

Алло? Кто это? Что? Вы хотите убить меня? О, боже! Подождите! Синди, это тебя.

Они говорят: «Рождённый ползать — не взлетит»,
Но ты бы видел, как я вылетел из универа!

Боишься применить оружие в толпе? Становись на лыжи!

— Кто автор?
— Какой-то Пикассо.
— «Какой-то Пикассо»... он ничего не будет стоить, поверь мне.

Дарёному коню ни в одну дырку не смотрят.

Бык с плугом на покой тащился по трудах;
А Муха у него сидела на рогах,
И Муху же они дорогой повстречали.
«Откуда ты, сестра?» — от этой был вопрос.
А та, поднявши нос,
В ответ ей говорит: «Откуда? — мы пахали!»

Погоня за популярностью и рейтингом подобна тараканьим бегам.

Я занимаюсь этим давно — протираю, промакаю, стряхиваю, и в этой комнате, и в прежней, деревянной, в старом корпусе, — что персонал меня даже не замечает; я кручусь, а они смотрят сквозь меня, как будто меня нет — если бы я не пришел, они заметили бы только, что между ними не плавает в воздухе ведро и губка.

— Ваши люди очень помогли.
— Впервые слышу о них такое.

— Мне хорошо с тобой. Ты мне нравишься.
— Хм… Это же и так ясно.

Ты когда-нибудь читал Ницше? Ницше говорит, что в мире есть два типа людей: люди , которым судьбой предназначено величие , такие как Уолт Дисней... и Гитлер. И все мы, остальные. Он называет нас — «неумехи и сапожники». Нас дразнят. Иногда мы близко подходим к величию, но никогда его не достигаем. Мы — просто пушечное мясо . Нас толкают перед поездами, мы принимаем ядовитый аспирин... нас стреляют в «Dairy Queens». Ты хочешь услышать новое название моей биографии, мой маленький итальянский друг? «Это был не грёбаный пикник: история Джека Лукаса». Тебе нравится? Иль Но Ва Эста Факинг Пикнико (говорит по-испански).

Возможно, я успел приобрести по жизни такое качество души, как цинизм , и прекрасно понимаю, что мера весов у каждого своя, как говорил наш главврач кому-то: для счастья достаточно лампочку себе в зад ввернуть, а кто-то вновь и вновь выпрыгивает из самолёта, забыв проверить, как сложен его парашют. Каждому своё, единственное, что могу сказать, что свой крест надо нести с высоко поднятой головой, ибо иначе какая же это правда ? Так, баловство одно, как лампочка в одном месте.