Цитаты на тему «» — страница 171

Но как ни мало привлекательна была речь Клемансо и вообще вся обстановка палатского заседания, всё-таки, выходя из палаты, я не мог воздержаться, чтоб не воскликнуть: вот кабы у нас так! Что делать! Такие уж у нас, русских, глаза завистливые, что не можем мы в чужом глазу сучка видеть, чтоб себе того же не пожелать. <...> Оттого-то и весело в Париже, что всё там есть и всё можно видеть, обо всём говорить и даже поврать. Даже у русских там сердце играет. А у нас дома ничего нет , стало быть, и глядеть не на что, и язык не из-за чего шевелить. Правда , иногда и у нас случается слышать, будто в таком-то месте, еще с времен царя Гороха, заседает какая-то комиссия — ну, и пущай её заседает!

— Ну и что же ты подразумеваешь под «старый друг»?
— Старый друг – это тот, который не новый.

И кстати у меня есть сердце . Я держу его на полке над моим столом.

Люди из раза в раз неверно интерпретируют мои слова: они считают, что я оскорбительна, но на самом деле я просто самоуверенна.

— Что за напасть с женщинами этой семьи?
— Мужчины .

Дорогая братва, поздравляю вас с наступающим годом Собаки ! Желаю, чтоб никто из нас не стал сукой, понимаешь, чтобы у вас все было без базара, поляна накрыта, а в лопатах полно зелени.

Ага. Мастер-фломастер. Мне что плитку положить, что человека .

— Семнадцать! Тебе семнадцать!
— Какое это имеет отношение к предмету обсуждения?
— Тогда ты меня не понимаешь...
— Боюсь спросить... а сколько тебе?
— Двадцать!
— Даа, в твоих глазах плещется мудрость !

— Надеюсь, это бекон, приготовленный человеком.
— Да, сам лично утром убил хрюшку.
— Интересно, чем же?
— Фоткой твоего лица.

— Я принесла бисквиты!
— Настоящие или сама испекла?

— Я пошёл.
— Окей, адвокат Чхве, будь осторожен, в своём сердце я цветами усею тебе путь !
— Упырь, увидимся дома!

Три года я борюсь с этим чудовищем и каждый раз оно успешно доказывает мне, что я в этой жизни не победитель.

— Вы были примерным эти два года.
— Не было шанса пошалить.

— Привет, Сыроежкин!
— Здравствуй, Гусев.
— Ну как, сыр ешь или не ешь? Ты у нас сегодня кто? Сыроушкин? Или Сыроножкин? А, Сыропопкин!
— Уж ты точно... Гусь!
— Чего?! Стой!

— Я хочу развод , Марк.
— Не надо, Кейт, я тебя люблю.
— Слишком поздно, Марк.
— Пожалуйста, не делай этого. У меня были ошибки , да, большие, огромные.
— Чудесно, но когда у тебя армия любовниц, дорогой, это не ошибка — это патология.
— Согласен, но это можно исправить. Ты, Кейт, можешь помочь мне измениться.
— Сколько их было, Марк?
— Интрижек? Да вот они. [показывает на Карли и Эмбер и видит взгляд Кейт] Ну еще одна. Две, может быть... Не знаю, три... пять, может... Ну, что вы хотите услышать? Я видел больше задниц, чем стульчак!

— Вы прекрасны!
— Значит, ты мне хочешь сделать скидку? Да, Серёж?
— Хочу, но не могу.
— Кредо современного мужчины: «... но не могу».

Могу все точно рассказать,
Притом устами очевидца.
Чтобы отправиться в поход
На этот город дерзновенный,
Зовущийся Сьюдад-Реаль,
Блистательный магистр поспешно
Собрал среди своих вассалов
Две тысячи отважных пеших
И триста конных удальцов,
Призвав и светских, и священство;
Затем что все итти повинны,
Кто носит алый крест на персях,
Хотя б он был в духовном званьи, —
В войне с неверными, конечно.
На этом юноше бесстрашном
Кафтан зеленого был цвета
С богатым золотым шитьем,
И только наручи виднелись
Сквозь откидные рукава,
Застегнутые на шесть петель;
Конь, серый в яблоках, под ним,
Огромный и могучий телом,
Отведал струй Гвадалквивира
И сочных трав его прибрежий;
Пахви на нем, лосиной кожи,
И бантом схваченные ленты,
Переплетающие чолку,
Таким же были украшеньем,
Как эти пятна снеговые,
Плывущие по белой шерсти.
Бок о бок с ним Фернандо Гомес,
Наш господин, на неизменном
Своем буланом: навис черный,
И белый храп , белее снега.
Накрыв турецкую кольчугу,
Сверкают латы и оплечья,
А плащ с оранжевой каймой
Заткали золото и жемчуг.
Венчая боевой шишак,
Курчавые белеют перья,
Как померанцевый цветок,
Из этой желтизны расцветший.
На перевязи красно-белой
Он не копье рукой колеблет,
А целый ясень сотрясает,
Вплоть до Гранады всем зловещий.
Сьюдад-Реаль поднялся к бою.
Он заявил, что будет верен
Короне королей кастильских
И отстоит ее владенья.
Магистр сломил их оборону,
Ворвался в город , всех мятежных
И тех, которые когда-то
Осмелились его бесчестить,
Распорядился обезглавить,
А остальных, из низкой черни,
Велел, заткнув им глотки кляпом,
Бичами отхлестать примерно.
Теперь его там все боятся,
И любят все, и каждый верит,
Что кто от юности искусен
В войне, расправе и победе,
Тот станет в зрелые лета
Грозою Африки надменной
И множество лазурных лун
Крестом багряным ниспровергнет.
Он с командором и с другими
Повел себя настолько щедро,
Что словно отдал на грабеж
Не город , а свое именье.
Но вот и музыка гремит.
Встречайте же его с весельем!
Радушье — лучший из венцов
Для возвратившихся с победой.

— И, главное, то, что не понимают такие люди , что брак без любви , это не есть брак . И что только любовь освящает брак . И что брак истинный, это тот, который освящает любовь .
— Какая любовь ? Вы меня простите, простите меня, какая любовь освящает брак ?
— Истинная! Истинная! Если есть эта любовь между мужчиной и женщиной, возможен и брак .
— Что вы разумеете под любовью истинной? <...>
— Очень просто. Любовь ... Любовь — это исключительное предпочтение одного или одной перед другими.
— Да, совершенно правильно ! Но предпочтение на сколько времени? На месяц? На год? На два дня? А? На полчаса? <...>
— На сколько времени? Надолго, на всю жизнь иногда.
— Справедливо. Да ведь это только в романах, да в романсах — в жизни никогда . В жизни это предпочтение одного перед всеми на года, что очень редко, чаще на месяцы, а то на недели, на дни, на часы . <...>
— Ах, это ужасно, что вы говорите! Но, я думаю, есть же между людьми то чувство, которое называется любовью и которое дается не на месяцы и годы , а на всю жизнь ?
— Нет , нету. Если допустить даже, что мужчина и предпочел бы известную женщину на всю жизнь , то женщина, по всем вероятиям, предпочтет другого, так было и есть на свете и будет! <...>
— Но вы всё говорите про плотскую любовь . А вы разве не допускаете любви , основанной на единстве идеалов, на духовном сродстве?
— Духовное сродство! Единство идеалов! Но в таком случае незачем, простите меня за грубость , спать вместе .

Можешь ничего о себе не рассказывать, я и так увидела всё, что мне нужно.

— Такое чувство будто я знаю его всю жизнь .
— Мне знакомо это чувство. Оно пройдёт.