Цитаты, афоризмы и статусы на тему «повесть»

Очень неприятно, когда ты не можешь объяснить, что ты думаешь!

— Вавочка, ты же дама, у тебя трое детей! Даме с тремя детьми неприлично прыгать через верёвку! Во дворе!
Мамочка начинает хохотать, ведь она хохотушка, мы все хохотушки! Она смеётся и говорит тёте Вите:
— «Даме» должно быть неприлично, если её дети не умеют прыгать через верёвку. Вот это, Витенька, действительно неприлично для приличной «дамы»!

Мне никогда ничего не кажется. Для этого нужно воображение , а у меня его нет .

Малого не хватает людям на земле, чтобы достичь благоденствия — доверия друг к другу, но эта наука недоступна для низменных душ, закон которых — своекорыстие.

Увядшие цветы на гробовой плите и надпись: «помним, любим, скоблим».

Знание открывает путь в будущее .

Я всех обманываю, меня все обманывают. Никто никому не верит. Никто никому не говорит правду. Мы все – заложники собственной лжи. И мы живем под девизом «Ложь во благо» – и наше благо действительно во лжи. Мы стараемся никого не поранить правдой, раня только себя бутылочными осколками нашего вранья. И все это делается для того, чтобы всем было комфортно и приятно думать , что они кому-то нужны. И все утешают друг друга и признаются в любви из чувства «человечности». А потом гордо несут себя, преисполненные чувства «помощи нуждающимся».

Как-то вечером ты понимаешь, что изменилась. Можно сказать, превратилась в злобную стерву, но в действительности просто повзрослела. Выкарабкалась, выпуталась, не сломалась, забыла, отпустила...

Мне бы с ней жадно целоваться, а я дотронуться боюсь.

Так называемое общественное мнение уничтожило саму суть чувств, оставив нам лишь «правильные» картинки. Действительно, в мире, где существительное «любовь» чаще всего употребляется в связке с «заниматься», внешние проявления чувств должны соответствовать последней фотосессии Антона Ланге для журнала «Vogue»: всё вокруг в приглушенных тонах, она полулежит в кресле, в чёрном платье и с распущенными волосами. Он стоит, склонившись над нею, в строгом костюме и белой рубашке, расстёгнутой до середины груди. В руках у Ромео и Джульетты по бокалу пенистой жидкости, а для полноты картины вокруг разбросаны подушки с логотипом: «Ромео и Джульетта. Игристое, полусладкое». Страсти добавил фотошоп, о выпуклостях в нужных местах позаботился хирург, а над томными лицами поработал стилист. «Всё выглядит достаточно элитно», — как написал какой-то питерский глянец. В такой позе не стыдно и на люди показаться.

И меня распирает от нежности и романтики ситуации , и мне хорошо , как в детстве, когда мама укрывала меня, спящего, одеялом. И мне кажется, что весы качнулись. И та их чаша, наполненная кусочками хорошего, осколками, покоящимися где-то в глубине меня, пошла вниз, перевесив все мои гадости, казавшиеся до сегодняшней ночи доминантами. Или все это мне только кажется?

С тех самых пор, как в земном раю было вечное лето , и до наших дней, когда стоит большей частью зима , жизненный путь мужчины пролегает всегда одинаково — в том смысле, что ему суждено полюбить женщину.

Настоящий грибник в сентябре даже спать ложится с лукошком, и снится ему, что он идет и косит белые с подберезовиками косой.

Чёртова жизнь — не успеешь влюбиться и воспарить к небесам, как тебя швыряет оземь.

И самое главное во всём происходившем — его глаза . Такие искрящиеся, такие трогательные, иногда со снежинкой на реснице, иногда мутные от недосыпа. Его глаза. Каждый день . Близко-близко...

Известно, что есть лишь один способ делать дело и множество способов от дела уклоняться.

То, что я делаю сегодня, неизмеримо лучше всего, что я когда-либо делал; я счастлив обрести покой , которого не знал в жизни .

Когда где-то в Галактике рождаются и гибнут звезды , когда гигантские взрывы раскидывают на миллиарды километров материю, то все это происходит в абсолютной тишине. Очень страшно беззвучие космических просторов...

Мы все здесь одни. И мы — мертвецы.

Как долго иногда тянется минута!