Цитаты на тему «» — страница 60

Пока есть такой язык , как русский, поэзия неизбежна.

За терпенье воздастся сторицей,
И однажды прольются, тихи,
То ли слёзы над чистой страницей,
То ли эхо бессонниц — стихи .

Но для меня неразделимы
С тобою — ночь , и мгла реки,
И застывающие дымы,
И рифм веселых огоньки.

Зеркало — всего лишь отраженье
Образов,
И каждая строка
В прошлом обретает продолженье
Жизни , что неведома пока.

Рифма была искателем, инструментом магнитного поиска слов и понятий. Каждое слово было частью мира, оно откликалось на рифму, и весь мир проносился с быстротой какой-нибудь электронной машины. Все кричало: возьми меня. Нет , меня. Искать ничего не приходилось. Приходилось только отбрасывать.

Я думаю, даже по прошествии времени люди будут помнить многие-многие строчки Боба Дилана, некоторые строчки Джона Леннона. Но почти вся академическая поэзия будет забыта.

Феномен Пушкина в русской культуре в последние десятилетия привлекает внимание западных ученых. Англичанин А. Д. П. Бриггс задается вопросом: в чем секрет того благотворного воздействия, которое оказывает поэт на дух нации, на мораль русского человека ? Он говорит, что подобное явление нелегко найти в культуре других народов.

С тех пор, как поэты пишут и женщины их читают (за что им глубочайшая благодарность), их столько раз называли ангелами, что они в самом деле, в простоте душевной, поверили этому комплименту, забывая, что те же поэты за деньги величали Нерона полубогом.

не смею отрицать, что я — дурак,
который пишет что-то схожее с отрыжкой.
пусть так, я не обижен, но мой враг
когда-нибудь прочтёт мою же книжку.

Настоящая литература, настоящая поэзия — всякая новая и настоящая, — она , конечно, другая, если она не повторяет то, что неоднократно было. Всё та же подлинная, — если это поэзия. Я сам в это не верю. Жизнь никогда , ни однажды этого не подтвердила, что какая-то поэзия сменяется другой поэзией, нет . Есть поэзия подлинная и не подлинная. Я в это не верю и советую очень вам на это не поддаваться.

Чего ты жалуешься, поэзию уважают только у нас — за неё убивают. Ведь больше нигде за поэзию не убивают...

Родина поэта — его стихотворение; от стихотворения к стихотворению она меняется.

... никто на свете не может сравниться с поэтами в здравомыслии, как не сравнятся с ними в упорстве самые упорные каменотесы, а в практичности и коварстве — самые ловкие управляющие.

Лук почуял весну -
И порей, и латук.
И на солнца блесну
Он проклюнулся вдруг -
Прочь из душных хором
И темниц шелухи! -
Он зеленым пером
Пишет марту стихи !

Весенний ветер , чистое чутье,
И небо плетью рушится на плечи.
Нет уговоров, каждый гнет свое,
Я нарушаю заповеди речи.

Скрипка издергалась, упрашивая,
и вдруг разревелась
так по-детски,
что барабан не выдержал.
Я встал,
шатаясь полез через ноты,
Сгибающиеся под ужасом пюпитры,
зачем-то крикнул:
«Боже!»,
Бросился на деревянную шею:
«Знаете что, скрипка?
Мы ужасно похожи:
я вот тоже
ору -
а доказать ничего не умею!»

Я знаю, здесь мои стихи живут
В прекрасном Вашем переводе.
И будут жить , покуда жены ждут
Тех, кто в походе.
Уж четверть века пушки бьют и бьют!
И вдовы на могилы ходят,
И, ждя живых, мои стихи живут
В прекрасном Вашем переводе.

В чем же, как не в безнравственности, нравственное превосходство поэтов, не говоря уж о циниках?

Я хочу эти строки писать, чтобы сердца набат в них гудел,
Петь хочу вдохновенно и щедро себя самого обгоняя, срывая дыханье и голос .

Глаза у судьбы стальные и ясные,
Забудусь на миг — и удар пропущу.
Дряхлею, грущу, трепыхаюсь и пьянствую -
Ложатся стихи камнями в пращу.