Цитаты на тему «» — страница 35

Наше общество — это общество хронически несчастных людей, мучимых одиночеством и страхами, зависимых и униженных, склонных к разрушению и испытывающих радость уже от того, что им удалось «убить время », которое они постоянно пытаются сэкономить.

Общество , единственная цель которого — забыть свои ошибки , не может выжить.

Кстати, я категорически возражаю о каком-то особом пути России. Это не особый путь , это нормальный путь развития. У каждой страны, которая претендует на что-то в этом мире, даже в прошлом мире, был особый путь , основанный на своей традиции , на своей истории , на своей культуре. У Америки до определенного времени был свой путь , свои традиции , своя история . И в тот момент, когда вы отказываетесь от своего пути, вы становитесь ничем. Все стандартизированные модели развития сейчас обнулились. Сейчас очень многим и очень многое придется писать с чистого листа. Проблема не в том, что глобализация предлагала какие-то ложные ценности . Некоторые люди считали их подлинными. И это их право . Проблема в том, что глобализация вела мир к миру вообще без ценностей. Нам начинали объяснять, что ценность ничего не значит. Что самое главное в мире — это потребление .

Наши дороги — простор и шоссе,
легок житейский завет:
думай, что хочешь, но делай, как все.
иначе — ров и кювет.

Живой человек носит в своём духе, в своём сердце , в своей крови жизнь общества; он болеет его недугами, мучится его страданиями, цветёт его здоровьем, блаженствует его счастьем, вне своих собственных, своих личных обстоятельств.

Постpоение какого-либо общества в условиях России — дело глубоко безнадежное, и наша истоpия служит неопpовеpжимым тому свидетельством. В свое вpемя мы, как явствует из трудов Сергея Михайловича Соловьева, не смогли достpоить феодализм; попытки постpоения капитализма кончились Октябpьской pеволюцией; кpах стpоительства коммунизма пpоизошел на наших глазах. Истоpики утвеpждают также, что Дpевняя Русь каким-то обpазом миновала pабовладельческий пеpиод, из чего мы имеем пpаво вывести заключение, что и эта фоpмация была нами пpосто-напpосто недостpоена. Чем окончится вновь начатое постpоение капитализма, догадаться несложно.

Мы часто сталкиваемся с непониманием окружающих. Но не стоит думать , что эти люди против нас, скорее всего они просто за себя.

... Общество , которое равнодушно проходит мимо обиженных стариков и детей, мимо слабых и беззащитных, нуждающихся в утешении и моральной поддержке, — такое общество недостойно называться человеческим.

Человек , который внутри себя начинает создавать свой собственный, независимый мир, рано или поздно становится для общества инородным телом, становится объектом для всевозможного рода давления, сжатия и отторжения.

Половина седьмого – слишком рано для газеты, а по воскресеньям ее чаще всего приносят после восьми. Еще один явный пример дезинтеграции общества.

Две основные фазы развития человеческого общества суть торжество стаи шакалов, сбежавшихся на падаль власти, и последующее народное горе по причине несварения желудка.

Большинство церквей внушают людям чувство вины за естественные человеческие склонности, ставя их в зависимость от церковного отпущения грехов. Религия концентрирует внимание на неразрешенных человеческих проблемах, а именно: незащищенности, стыде, страхе и предлагает надежду на чудесное исполнение желаний и на лучшую жизнь в мире ином. Наука предлагает людям инструменты разума и знаний, дающие уверенность в своих силах и освобождающие людей от мифов. Человек обладает потенциалом разрабатывать собственные концепции и творить свой собственный рай или ад здесь, на Земле. Но те, кто старается убежать от реальности, не понимают истинное положение вещей, что, не прилагая громадных усилий, невозможно реализовать свои желания и мечты, понять мир, в котором мы живем.

Как общество ни разделяй, а человека получить проблематично.

Это воистину чудовищный кошмар: миллиард разинутых пастей и ни одной головы!

Взрослый человек всегда оценит благородную хитрость по достоинству!

Запугивать общество , как мы делаем это теперь и будем делать, значит отнимать у него бодрость, то есть прямо расписываться в том, что мы не имеем ни общественного ни политического смысла.

Изгои есть в любой социальной среде. И любая среда боится своих изгоев: по ним видно, что бывает с теми, кто не может соответствовать этой среде.

Человек превратился в товар и рассматривает свою жизнь как капитал, который следует выгодно вложить. Если он в этом преуспел, то жизнь его имеет смысл , а если нет – он неудачник. Его ценность определяется спросом, а не его человеческими достоинствами: добротой, умом, артистическими способностями.

Известная часть буржуазии желает излечить общественные недуги для того, чтобы упрочить существование буржуазного общества.
Сюда относятся экономисты, филантропы, поборники гуманности, радетели о благе трудящихся классов, организаторы благотворительности, члены обществ покровительства животным, основатели обществ трезвости, мелкотравчатые реформаторы самых разнообразных видов.

Теорию терапевтической общины я слышал столько раз, что могу рассказывать спереди назад и задом наперед – и что человек должен научиться жить в группе, прежде чем сможет функционировать в нормальном обществе, и что группа в состоянии помочь ему, показывая, где у него непорядок, и кто нормальный, а кто нет , общество само решает, а ты уж изволь соответствовать. И всякая такая штука. Стоит только появиться новому больному, доктор сразу – на свою теорию, и поехали; только тут он, кажется, и бывает главным, сам ведет собрание. Рассказывает, что цель терапевтической общины – демократическое отделение, полностью управляемое пациентами, их голосами, и стремится оно выпустить нас обратно на улицу, во внешний мир, достойными гражданами. Всякое мелкое недовольство , всякую жалобу, все, что тебе хотелось бы изменить, надо высказывать перед группой и обсуждать, а не гноить в себе. И ты должен чувствовать себя свободно среди окружающих до такой степени, чтобы без утайки обсуждать эмоциональные проблемы с больными и медицинским персоналом. Беседуйте, говорит он, обсуждайте, признавайтесь. А если друг что-то сказал в обычном разговоре – запишите в вахтенный журнал, чтобы знали врачи и сестры . Это не стук, как выражаются на жаргоне, это помощь товарищу. Извлеките старые грехи на свет божий, чтобы омыться в глазах людей. И участвуйте в групповом обсуждении. Помогите себе и друзьям проникнуть в тайны подсознательного. От друзей не должно быть секретов.
Кончает он обыкновенно тем, что их задача – сделать отделение похожим на те свободные демократические места, где вы жили: пусть внутренний мир станет масштабной моделью большого внешнего, куда в один прекрасный день вам предстоит вернуться.