Цитаты на тему «» — страница 3

Личные дневники должны быть личными. Задумывались ли вы над тем, что за всем этим стоит человек ? Что не все на этом свете должно принадлежать всему обществу?

Уважение к взглядам другого человека это главный фундамент успешного современного общества, а уж высмеивать старшее поколение и своих предков это откровенное хамство . Важно уважать соотечественников. ⠀

Рожи кривые — следствие уродливой социальной действительности.

В XIX веке проблема состояла в том, что Бог мертв; в XX проблема в том, что мертв человек .

Поддерживай внешний вид, что бы ни делал.

В жизни газетчика есть все, чем прекрасна жизнь любого достойного мужчины . Искренность ? Газетчик искренне говорит не то, что думает. Творчество ? Газетчик без конца творит, выдавая желаемое за действительное. Любовь ? Газетчик нежно любит то, что не стоит любви .

В беседах наших обыкновенно разговор был о положении России. Тут разбирались главные язвы нашего отечества: закоснелость народа, крепостное состояние , жестокое обращение с солдатами, которых служба в течение 25 лет почти была каторга; повсеместное лихоимство, грабительство и, наконец, явное неуважение к человеку вообще.

Большинство людей ищет общества не столько с целью слушать, сколько говорить.

Стремление ни в чём не отставать от других — один из вернейших способов лишить себя счастья. И не важно, на каком уровне достатка это стремление начинает развиваться. Счастье возможно лишь при условии, что человек умеет быть довольным тем, что у него есть, и не завидует состоятельным людям.

По моему мнению, не существует таких обществ, в которых бы существовало более добра, чем зла.

Высокий порог эмоциональной реакции, приводящей к эмоциональной тупости, – серьезная проблема, хотя на первый взгляд он может казаться выходом для человека , переживающего эмоциональный стресс . Он или она остаются глухими как к личным, так и к общечеловеческим проблемам. Это особенно опасно для общества, когда такое состояние развивается у людей, обладающих социальной или политической властью. Они могут уклониться от принятия решений, имеющих первостепенную важность для человечества.

Мы все, каждый из нас, прочно завязли в паутине событий, чужих историй, путанных мыслей и случайных чувств. Мы вросли в нее телом, душою, глазами, наивными идеями и тайнами сердца. Так можно ли пройти по миру, даже вскользь, по касательной, не задев ни одной чутко ждущей, жадно нащупывающей жизнь судьбы?

Чтобы хорошо узнать свойства жизни растения , надо изучать его на той почве, на которой оно растет; оторвавши от почвы, вы будете иметь форму растения , но не узнаете вполне его жизни . Точно так не узнаете вы жизни общества, если вы будете рассматривать ее только в непосредственных отношениях нескольких лиц, пришедших почему-нибудь в столкновение друг с другом: тут будет только деловая, официальная сторона жизни , между тем как нам нужна будничная ее обстановка.

Когда для всех людей честная и напряжённая работа станет непривычной, какое будущее может ожидать человечество ? Кто сможет кормить, одевать, исцелять и перевозить людей? Бесчестные, каковыми они являются в настоящее время , как они смогут проводить научные и медицинские исследования?

В приходящем в упадок обществе подлинное искусство должно отображать это разложение. Если искусство желает выполнять свою социальную роль, оно должно показывать изменчивость мира и содействовать его преобразованию.

Всё дело за вами: какие песни вы будете петь, такой и будет наша страна ... Рок — это не тогда, когда всё хорошо , а тогда, когда что-то плохо ! Об этом надо петь и говорить!

В основе жизни общества, говорит Дюркгейм, лежит противопоставление другому обществу, лежит сравнение себя с другим человеком.

Нужны целые века для образования какого-нибудь политического режима, и точно так же нужны века для его изменения. Учреждения сами по себе не могут быть ни хороши, ни дурны, и те, которые хороши для какого-нибудь народа в данную минуту, могут быть совершенно непригодны для него в другое время . Поэтому-то не во власти народа изменять эти учреждения на самом деле; он может только посредством насильственных революций менять название учреждений, но сущность их не изменится.

Наши люди обожают спорить по историческим вопросам. Доска Маннергейма, памятник Ивану Грозному, смерть Фиделя Кастро — всё это может стать клиньями, которые вбивают в плотную колоду большинства, чтобы потом оно, увязнув в спорах об этом прошлом, пошло в топку революции на дрова, не замечая того, что происходит вокруг. Общество намеренно ожесточают, потому что оно само готово ожесточаться. Потому что это реванш за унижение исторической памяти в 90-е. Очень серьёзное явление, которое, как мне кажется, никто не хочет особо изучать, но уже есть люди , которые им пользуются, и они прекрасно понимают: не надо даже ждать новых экономических кризисов или снижения уровни жизни населения. Все общественные потрясения производятся не тогда, когда люди голодают, а когда они дезориентированы.

Толерантность — это пресмыкание и самоуничижение отдельных людей и общества в целом, по определённым навязанным этому обществу явлениям и событиям, перед всякими извращениями и носителями этих извращений, а также насаждаемым обществу этими носителями ложных и аномальных ценностей, мировоззрений, поведения и оценки исторических явлений и событий.