Цитаты на тему «» — страница 26

Можно умереть или ополоуметь, живя в обществе, в котором все и каждый систематически нас не замечают и ведут себя так, будто нас на свете нету.

Пообтирайся с неудачниками, и сам к ним присоединишься.

Мораль строится от противоположного, иначе в ней не было бы смысла. Она строится на отрицании природы человека . И это смешно . Человек по природе эгоистичен. Это — нормально и по другому не будет. Но мораль проповедует отсутствие эгоизма. То есть то, чего нельзя добиться, оставаясь человеком. Мораль , созданная как инструмент управления обществом, чтобы оно не скатывалось к своему животному началу, начинает создавать противоречие, приводящее к внутреннему конфликту или самообману. Мы начинаем ценить в себе изначально «правильные» с точки зрения морали черты, не задумываясь над их природой, которая уходит в тот же эгоизм , мы начинаем бояться по сути своей не плохих вещей, таких, как осознание своей правоты. А на деле каждый человек считает, что он прав.

Люди , выбравшие добровольно профессию служить другим, убеждены при этом, что судьба их обделила, сделав «слугой». И только их диктатура над теми, кому служишь, способна хоть как-то скрасить такую классовую несправедливость .

Даже если людей наказывать за следование естественным законам, законы от этого не исчезают и не меняются. Они просто перестают работать на создание богатства общества.

Мы изобрели гору лишних потребностей, мы должны постоянно покупать и бросать. Так мы растрачиваем нашу жизнь . Когда я покупаю что-то или когда ты покупаешь, ты платишь не деньгами, а временем своей жизни — нужно постоянно работать, чтобы заработать ещё и ещё купить. Но жизнь нельзя купить, ёе можно только потратить. И плачевно тратить жизнь , теряя свою свободу.

Когда государство управляется согласно с разумом, постыдны бедность и нужда ; когда государство не управляется согласно с разумом, то постыдны богатства и почести.
(Стыдно быть бедным и занимать низкое положение , когда в государстве царит закон ; равно стыдно быть богатым и знатным, когда в государстве царит беззаконие.)

Я обычный продукт испорченного современного общества. Я больше печатаю, чем говорю.

Считается, что безвылазно сидеть дома — вредно для здоровья. Надо, мол, выходить в люди . И еще надо гулять и дышать свежим воздухом. В какой-то степени это верно. Но сейчас все, за что ни возьмись, — вредно для здоровья. Жить тоже вредно, от этого умирают. Про свежий воздух лучше вообще промолчу. Но что значит «выходить в люди»? Наблюдать за ежедневным абсурдом, от которого происходит полное оцепенение сознания, и ты себя чувствуешь, как рождественская индейка, нафаршированная всяким бредом: повседневная суета засоряет и затуманивает мозги, так что в конце концов они просто отказываются работать.

О рождественских украшениях в городе. Я думаю, кто-то из Рокфеллер-центра однажды взял и сказал: «Парни, у меня отличная идея для Рождества. Давайте найдем прекрасную ель, которая спокойно росла себе в лесу семьдесят пять лет, убьем ее и привезем в Нью-Йорк . Поставим на Рокфеллер-плаза, завесим пошлой мишурой, и пусть несколько недель оно стоит там и медленно умирает, простодушные детишки будут глазеть на него, а всякая деревенщина из Айовы — под ним фотографироваться.
Убьем дерево для детишек!

– Гретхен спросила Фауста, что есть религия. «Wie hast du’s mit der Religion?» Вопрос наивной женщины , которая хочет постичь смысл явления, стал одним из великих вопросов философии. Именно о том, что слова – всего лишь весьма ограниченная условность. Их безусловность лишь в том, что они всегда ограничивают смысл явления.

Приличным людям не положено помнить реакцию Мексики, когда Кеннеди пытался организовать коллективную интервенцию против Кубы в 1961 году: один дипломат объяснил, что Мексика не может присоединиться, потому что «если мы публично заявим, что Куба представляет угрозу нашей безопасности, то сорок миллионов мексиканцев помрут от смеха».

Помимо биологических и психологических характеристик человеческого организма, которые позволяют запрограммированному сценарию определять судьбу человека , само общество устроено так, чтобы лишить его остатков независимости. Это достигается путем заключения социального трансакционного контракта: «Ты принимаешь мою персону (то есть то, как я хочу выглядеть в чужих глазах), а я принимаю твою». Всякое нарушение этого контракта, если только оно делается не в специальной группе, давшей особое разрешение , рассматривается как грубость .

Общество глупо само по себе. Это сборище беспомощных младенцев, которые ничего не знают об окружающем мире.

Мы всего лишь песчинки, но мы вместе .
Мы похожи на песчинки на пляже, но без песчинок не было бы пляжа.

Этот человек выдавал за нерушимые ценности твердолобую упертость, ничтожность и абсурдность общества, в котором вращался. Он не особо верил в эти общественные ценности и прочую ерунду, но сознательно взял их на вооружение, чтобы выжить.

Эти люди сейчас разжигают костер, на котором тебя собираются сжечь! А ты вместо того, чтобы все осознать, ходишь и подкидываешь туда дровишки.

Я иду по синему от неба асфальту, я отбиваю ботинками ритм звучащей в голове музыки, я танцую внутри себя. А вокруг меня смешивают холодный воздух и тёплое дыхание люди . Красивые женщины с лицами недоразвитых ангелов, спешащие мужчины с пустыми глазами рыб, дети с повадками неизвестных диких зверей. А вокруг меня яркими фантиками бытия кружатся разноцветные птицы , кружатся первые осенние листья . А вокруг меня поднимается ветер , бросающий мусор наших слов и идей нам же в лицо . Я дышу городом, я любуюсь биением его жизни , я восторгаюсь его звуком, его запахом... А ещё я смеюсь. Смеюсь над собой, потому что очень хорошо понимаю, что в эту среду, нелепую, дурацкую, смешную, глупую, влюбленную в себя и слепую ко всему на свете — очень гармонично и уместно вписываюсь я сам.

Нормальное общество — это когда музыкант и художник пользуются подземным переходом по назначению.

Любое общество имеет то правительство , которое заслуживает.