Цитаты на тему «» — страница 8

Слава тому, кто первый нашел,
как без труда и хитрости,
чистоплотно и хорошо
карманы ближнему вывернуть и вытрясти!

Ты посмотри какая в мире тишь
Ночь обложила небо звёздной данью
в такие вот часы встаешь и говоришь
векам истории и мирозданию

И любишь стихом, а в прозе немею.
Ну вот, не могу сказать,
Не умею.

Будет луна .
Есть уже
немножко.
А вот и полная повисла в воздухе.
Это бог , должно быть,
дивной
серебряной ложкой
роется в звезд ухе.

Так что ж?!
Любовь заменяете чаем?
Любовь заменяете штопкой носков?

... это сквозь жизнь я тащу
миллионы огромных чистых любовей
и миллион миллионов маленьких грязных любят.

Слабосильные топчутся на месте и ждут, пока событие пройдет, чтоб его отразить; мощные забегают вперед, чтоб тащить понятое время .

Четыре.
Тяжелые, как удар .
«Кесарево кесарю — богу богово».
А такому,
как я,
ткнуться куда?
Где мне уготовано логово?
<...>
Пройду,
любовищу мою волоча.
В какой ночи
бредовой,
недужной
какими Голиафами я зачат -
такой большой
и такой ненужный?

Ну, это совершенно невыносимо!
Весь как есть искусан злобой.
Злюсь не так, как могли бы вы:
как собака лицо луны гололобой -
взял бы
и все обвыл.
Нервы , должно быть...
Выйду,
погуляю.
И на улице не успокоился ни на ком я.
Какая-то прокричала про добрый вечер .
Надо ответить:
она — знакомая.
Хочу.
Чувствую -
не могу по-человечьи.

Будущее не придет само,
если не примем мер.

Я себя смирял, становясь на горло собственной песне.

Уходите, мысли , восвояси,
Обнимись,
души и моря глубь.
Тот,
кто постоянно ясен —
тот,
по-моему,
просто глуп.

26 февраля. Пьяные, смешанные с полицией,
солдаты стреляли в народ .
27-е.
Разлился по блескам дул и лезвий
рассвет .
Рдел багрян и дОлог.
В промозглой казарме
суровый
трезвый
молился Волынский полк.
Жестоким
солдатским богом божились
роты,
бились об пол головой многолобой.
Кровь разжигалась, висками жилясь,
руки в железо сжимались злобой.
Граждане!
Сегодня рушится тысячелетнее «Прежде».
Сегодня пересматривается миров основа.
Сегодня
до последней пуговицы в одежде
жизнь переделаеи снова.

Поэзия начинается там, где есть тенденция.

— Маяковский! Ваши стихи не греют, не волнуют, не заражают!
— Мои стихи не печка, не море и не чума!

По мостовой
моей души изъезженной
шаги помешанных
вьют жестких фраз пяты.
Где города
повешены
и в петле о́блака
застыли
башен
кривые выи —
иду
один рыдать,
что перекрестком
ра́спяты
городовые.

Халтура, конечно, всегда беспринципна. Она создает безразличное отношение к теме — избегает трудную.

Да не мешайте вы со своими фантазиями нашей государственной деятельности!

В небе вон луна такая молодая, что ее без спутников и отпускать рискованно.

Во всей округе -
тысяч двадцать поэтов изогнулись в дуги.
От жизни сидячей высохли в жгут.
Изголодались.
С локтями голыми.
Но денно и нощно
жгут и жгут
сердца неповинных людей «глаголами».
Написал.
Готово.
Спрашивается — прожёг?
Прожёг!
И сердце и даже бок.
Только поймут ли поэтические стада,
что сердца
сгорают -
исключительно со стыда.