Продолжение подборки цитат и афоризмов на тему «», страница 3. Здесь собраны высказывания писателей, поэтов, философов и режиссёров для статусов, сочинений и вдохновения.

Все цитаты

Ещё цитаты по теме

В либерализме есть некоторые удобства, без которых трёт плечо. Школ будет много, и мне будет куда отдать сына. И в либеральной школе моего сына не выпорют, а научат легко и хорошо . Сам захвораю: позову просвещенного доктора, который болезнь сердца не смешает с заворотом кишок. Таким образом, «прогресс» и «либерализм» есть английский чемодан, в котором «всё положено» и «всё удобно», и который предпочтительно возьмёт в дорогу и не либерал. Либерал красивее издаст «Войну и мир». Но либерал никогда не напишет «Войны и мира»: и здесь его граница. Либерал «к услугам», но не душа . Душа — именно не либерал, а энтузиазм , вера . Душа — безумие, огонь . Душа — воин: а ходит пусть он «в сапогах», сшитых либералом. На либерализм мы должны оглядываться, и придерживать его надо рукою, как носовой платок. Платок, конечно, нужен: но кто же на него «Богу молится». «Не любуемая» вещь — он и лежит в заднем кармане, и обладатель не смотрит на него. Так и на либерализм не надо никогда смотреть (сосредоточиваться), но столь же ошибочно («трёт плечо») было бы не допускать его.
— Василий Розанов. Опавшие листья
♥ 0Просмотры: 1
Нет священнее ничего совокупления. <...>
Бог устроил леса. Почему?
Бог устроил стада. Почему?
Бог устроил «вместе». О, наш священный, дорогой Бог .
И мы будем Тебе молиться.
И мы будем Тебе строить храмы.
И мы будем Тебе танцевать.
Ты будешь не «начальник» наш. А ты будешь друг нам.
Как сказал Христос ученикам в прощальной беседе: «Я уже друг ныне вам».
Не надо бояться Бога. О, не надо.
Бояться — оскорбить Бога. О, не надо.
Он среди нас...
— Василий Розанов. Последние листья
♥ 0Просмотры: 1
Это хочу я прославить, хотя бы я стоял меж людей одиноко,
Голосом зычным моим и воспеваю фаллос,
Я пою песню зачатий,
Я пою, что нужны нам великолепные дети и в них великолепные люди ,
Я пою возбуждение мышц и слияние тел,
Я пою песню тех, кто спит в одной постели (о, неодолимая страсть !
О, взаимное притяжение тел! Для каждого тела свое манящее, влекущее тело !
И для вашего тела — свое, оно доставляет вам счастье больше всего остального!)
<...>
Лицо , руки , ноги — все с головы до пят — и чувства , что он пробуждает,
Загадочный бред , сумасшествие страсти , о, отдаться тебе до конца!
(Крепко прижмись и слушай, что я шепчу тебе,
Я люблю тебя, о, я весь твой,
Только бы нам ускользнуть ото всех, убежать беззаконными, вольными,
Два ястреба в небе, две рыбы в волнах не так беззаконны, как мы.)
Дикая буря , сквозь меня проходящая, и страсть , которая содрогает меня,
Клятва , что мы слиты навеки, я и женщина, которая любит меня и которую я люблю больше жизни моей.
(О, я охотно отдал бы все за тебя,
И если нужно, пускай пропаду!
Только бы ты и я! И что нам до того, что делают и думают другие!
Что нам до всего остального, только бы нам насладиться друг
другом и замучить друг друга совсем, до конца, если иначе нельзя.)
— Уолт Уитмен. Листья травы
♥ 0Просмотры: 0
Камерадо, это—не книга.
Кто прикасается к ней, дотрагивается до человека
(Что сейчас—ночь? мы вместе и никого вокруг?),
Это — я, и ты держишь в объятьях меня, а я обнимаю тебя,
Я выпрыгиваю со страниц прямо в твои объятья—смерть призывает меня.
О, как усыпляют меня твои пальцы,
Дыханье твое освежает, подобно росе, твой пульс усмиряет тимпаны моих ушей,
Я чувствую, что исчезаю, от головы до кончиков пальцев,
О, как прекрасно, довольно!
Довольно, о дело, построенное на экспромте и тайне,
Довольно, о зыбкое настоящее , довольно, о прошлое , с подведенным итогом.
Мой друг, кто бы ты ни был, прими от меня поцелуй,
Я дарю его только тебе, не забывай меня,
Я ощущаю себя человеком, который решил отдохнуть после целого дня трудов,
Я выбираю сейчас из множества преображений одно, из множества аватар
Одну — восхождение в горние выси, другие преображения, конечно же, еще впереди.
Незнакомый мир, реальнее, чем я его мыслил, вполне ощутимый, мечет в меня пробуждающие лучи. До свиданья!
Запомни мои слова , я могу возвратиться,
Я люблю тебя, я расстаюсь с вещным миром,
Я словно разъят на части, торжествующий, мертвый.
— Уолт Уитмен. Листья травы
♥ 0Просмотры: 0
Все ближе время , и все угрюмее сумрак,
Ужас того, что мне неизвестно, мрачит меня.
Я еще поброжу,
Я еще поезжу по этой стране, но не знаю, где и как долго,
Может быть, скоро, средь бела дня или ночью, когда я пою, мой голос внезапно умолкнет.
О, книга! О, песни! или это и весь наш итог?
Или мы лишь приходим к началу себя? — но и этого довольно, душа ;
Душа , мы поистине были на свете — и этого довольно.
— Уолт Уитмен. Листья травы
♥ 0Просмотры: 0
Если тебе не удастся найти меня сразу, не падай духом.
Если не найдешь меня в одном месте, ищи в другом.
Где-нибудь я остановился и жду тебя.
— Уолт Уитмен. Листья травы
♥ 0Просмотры: 0
Мучения — это всего лишь одна из моих одежд,
У раненого я не пытаю о ране, я сам становлюсь тогда раненым,
Мои синяки багровеют, пока я стою и смотрю, опираясь на легкую трость.
— Уолт Уитмен. Листья травы
♥ 0Просмотры: 0
Когда рождается младенец, то с ним рождается и жизнь , и смерть .
И около колыбельки тенью стоит и гроб , в том самом отдалении, как это будет. Уходом, гигиеною, благоразумием, «хорошим поведением за всю жизнь» — лишь немногим, немногими годами, в пределах десятилетия и меньше ещё, — ему удастся удлинить жизнь . Не говорю о случайностях, как война , рана, «убили», «утонул», случай . Но вообще — «гробик уже вон он, стоит», вблизи или далеко.
— Василий Розанов. Последние листья
♥ 0Просмотры: 0
Деревья , только ради вас,
И ваших глаз прекрасных ради,
Живу я в мире в первый раз,
На вас и вашу прелесть глядя.
Мне часто думается, — бог
Свою живую краску кистью
Из сердца моего извлек
И перенес на ваши листья .
И если мне близка, как вы,
Какая-то на свете личность ,
В ней тоже простота травы,
Листвы и выси непривычность.
— Борис Леонидович Пастернак
♥ 0Просмотры: 0
Толстой удивляет, Достоевский трогает.
Каждое произведение Толстого есть здание. Что бы ни писал или даже ни начинал он писать («отрывки», «начала») — он строит. Везде молот, отвес, мера , план, «задуманное и решенное». Уже от начала всякое его произведение есть, в сущности, до конца построенное. И во всём этом нет стрелы (в сущности, нет сердца).
Достоевский — всадник в пустыне, с одним колчаном стрел. И капает кровь , куда попадает его стрела. Достоевский дорог человеку. Вот «дорогого»-то ничего нет в Толстом. Вечно «убеждает», ну и пусть за ним следуют «убеждённые». Из «убеждений» вообще ничего не выходит, кроме стоп бумаги и собирающих эту бумагу, библиотеки, магазина, газетного спора и, в полном случае, металлического памятника. А Достоевский живёт в нас. Его музыка никогда не умрёт.
— Василий Розанов. Опавшие листья
♥ 0Просмотры: 1
В России так же жалеют человека , как трамвай жалеет человека , через которого он переехал. В России нечего кричать. Никто не услышит.
— Василий Розанов. Последние листья
♥ 0Просмотры: 0
Я думаю, я мог бы жить с животными, они так спокойны и замкнуты в себе,
Я стою и смотрю на них долго-долго.
Они не скорбят, не жалуются на свой злополучный удел,
Они не плачут бессонными ночами о своих грехах,
Они не изводят меня, обсуждая свой долг перед богом,
Разочарованных нет между ними, нет одержимых бессмысленной страстью к стяжанию,
Никто ни перед кем не преклоняет коленей, не чтит подобных себе, тех, что жили за тысячу лет;
И нет между ними почтенных, и нет на целой земле горемык.
— Уолт Уитмен. Листья травы
♥ 0Просмотры: 0
Без монастыря в душе́ невозможна никакая сила . Это и для полководца (Суворов, деревня , история воспитания) верно, и для поэта. Не говоря о мыслителе. Человечество погибает в толпе, толпою и от толпы. <...> ... человек может воспитываться только когда он один. В сущности, каждый из нас воспитывается от звезды , дерева и ночи. От сада, леса, тайны Неба. От пустыни... От сокровеннейшего, чем всё это: что он ОДИН. Тогда из него подымаются леса, дерева, сады, небеса. Потому что человек божествен и всемирен. <...> Клуб — пустыня . Азиатчина, монголы. «Конь Тамерлана всё вытоптал». И этот Тамерлан — просто суета . О, она теперь могущественнее всего. Но подождите. Суета умрёт через суету. Люди будут всё меньше, жизнь всё меньше, всех стошнит, — желудок очистится и больной (человечество) выздоровеет. Только надо, чтобы гадость дошла до окончательной гадости.
— Василий Розанов. Последние листья
♥ 0Просмотры: 3
Самый основной смысл «пришествия Розанова в мир» (ибо всякий человек рождается для своего смысла и со своим особым смыслом) заключается в перемене для христианской эры понятия «добро» и «зло». Именно в открытии, что «рождение не есть зло , и христианство не имело права так сказать». В этом одном и только. <...> Но существуют браки — открыто. Всемирно человеческий институт. И брак — «начало совокуплений», которых, значит, никто не осуждает, а только нельзя их видеть, нельзя смотреть. Но это говорит о тайне и инстинкте тайны, а не об осуждении. <...> Вышло или, лучше сказать, я обнаружил, что не «любовь к ближнему» и разные прибаутки — зерно христианского мира, а признание «стыда» как показателя «греха» и позднее «по крайней мере, неприличия» совокупления и родов. И ergo: «признание деторождения лишь после совершения некоторых в своем роде очистительных жертв» (венчания).
<...>
«Поправься!» (христианству). Или: «Отменись», «отойди в сторону».
Это — не грех , а тайна, «важное из важного»: и оправдались Небеса Египта и Востока.
— Василий Розанов. Последние листья
♥ 0Просмотры: 0
Осенью я, девочка, старше становлюсь,
Разбираю пальцами заспанность ветвей,
Цепким сердцем слушаю дождевую грусть .
Осенью я, девочка, чувствую острей.
Ветер глажу ласково — подставляет бок
И летит над крышами пением цевниц.
Осенью я верую в то, что рядом Бог .
Осенью размешан я с перелетом птиц.
Кажется, мгновение — и исчезнет все,
Отцветет, отмается, вылетит из уст,
Разольется ливнями, потеряет ось.
Осенью я, девочка, тихим становлюсь.
— Аль Квотион. Словоточие
♥ 0Просмотры: 0
Трубач! Я сам, верно, тот инструмент , на котором играешь ты песни,
Ты плавишь мне сердце и мозг , их движешь, влечешь и меняешь.
Внезапно твой смутный напев навеял грусть на меня,
Ты погасил ласкающий светоч — надежду.
Я вижу рабство и гнет, произвол и насилье повсюду,
Безмерный чувствую стыд , ибо народ мой унижен — и этим унижен я сам,
Моими стали страданья — обиды всего человечества, — и жажда мщенья, и скрытая ненависть ,
Меня гнетет пораженье — все кончено! Враг торжествует.
(Но исполином встает над руинами Правда , неколебимая до конца!
Решимость и воля — стоять до конца!)
— Уолт Уитмен. Листья травы
♥ 0Просмотры: 1

Похожие цитаты

Ещё по этой теме

Дальше →
Я верю, что из этих комьев земли выйдут и любовники и светила.
И что святая святых есть тело мужское и женское,
Что цвет и вершина всей жизни — то чувство, какое они питают друг к другу,
Что они должны излить это чувство на всех, покуда оно не станет всесветным,
Покуда мы все до единого не станем в такой же мере дороги и милы друг для друга .
— Уолт Уитмен. Листья травы
Я слышал о том, что ты приезжала домой. Ещё теплой осенью, в конце октября, перед самым началом холодных ночей. В то время меня не было в городе, хотя какая разница ? Мы разминулись с тобой намного раньше, чем закончилось лето .
От друзей и знакомых я узнал, что ты счастлива и любима. У тебя настоящая жизнь , о которой ты мечтала, и которую невозможно было создать со мной.
Я рад, что ты обрела спокойствие и равновесие ; что рядом с тобой человек , которого ты выбрала рассудком. Так и должно быть. Он счастливый обладатель твоих мыслей, а я – снов и воспоминаний.
Люди могут ощущать присутствие дорогого им человека даже на расстоянии.
Я же словно лист, что решительно срывается с ветки и стремительно летит вниз, пока не упадёт на жесткую землю, поранившись всем сердцем. Да что с него взять? Обычное искалеченное сердце . Обернись, и ты увидишь вокруг сотни схожих погубленных сердец. Лежат себе молчаливо под ногами жёлто-багровыми застывшими бескрылыми самолетами. И разница между нами всего одна: в силе и высоте полета, а всё другое, как и неизбежное приземление, одинаково.
Ждать спасения бесполезно. Так не должно было случиться, но природному пилоту-ветру виднее, в каком направлении – взаимности или отвержения – веять.
Тёмный лес хранит память и про счастливые светлые истории…
Листья – как потайная сокровищница. И среди этих ярких изумрудов, опалов и рубинов – ты. Моё тревожное незабываемое чудо…
Горячее дыхание леса и твоё родное тепло . Ты так близко, что я теряю, словно слабое дерево, последние силы и сознание , и вальсирую покорным листом к земле, в своем одиноком танце.
Чувствуешь моё приближение? Обними меня, любимая. Непринужденно и ласково. Обними перед тем, как меня навсегда поглотят земные роковые владения…
— Марина Рэй. Пока падают листья
Мне кажется, все на свету и на воздухе должны быть довольны,
Пусть тот, кто еще не в гробу и не в яме, знает, что он имеет достаточно.
— Уолт Уитмен. Листья травы
Сентябрь — это кофе с корицей, кленовые листья , разноцветные, как часть детского рисунка, тёплые, нежные плюшки с ванилью и тонкий запах дыма..
— Сентябрь
Мы — немногие равные, живущие в различных странах и в различных временах,
Мы, сокрытые на всех континентах, во всех кастах, признающие все религии, благотворители, сострадатели, гармоничная часть людей,
Мы проходим молчаливо сквозь споры и утверждения, но не отвергаем ни спорящих, ни то, что они утверждают,
Мы слышим крик и ругань , мы в самой гуще раздоров, зависти, взаимных обвинений каждой из сторон,
Они смыкаются вокруг нас, не слушая наших объяснений, они окружают нас, мой товарищ,
И все же мы идем, неудержимые, свободные, идем по всей земле, и будем идти, пока сможем оставлять наш неизгладимый след на времени и в различных эпохах,
Пока не насытим собой время и эпохи, чтобы мужчины и женщины будущих стран и времен стали ощущать себя любимыми и любящими, как мы сейчас.
— Уолт Уитмен. Листья травы