Цитаты на тему «» — страница 2

— Из управления прислали варианты названия операции. «Эдем».
— Место , где женщина крайняя.
— «Цилиндр».
— Слишком пафосно.
— «Аламо».
— Это Техас.
— «Музыкант».
— А это шовинизм.
— «Генезис».
— Терпеть не могу эту группу. Хуже них только ЮТу.
— «Хэшдаун».
— Напоминает о лесе...
— И что?
— ... и неглубоких могилах. Посерьезнее, господа.

Ты предназначена для большего, чем я, и я умру в попытках дать тебе это. Но, пожалуйста, не проси меня делать вид, что это легко.

— И не нужно называть их [жертв] невинными.
— Но они были невинными!
— А что, если следующей будет проститутка? Или пьяная женщина в короткой юбке, идущая домой поздней ночью? Будут ли они менее невинными, менее достойными, а, значит, виновными? Для прессы все, без исключения , женщины — либо ангелы , либо блудницы. Не будем их поощрять.

Я буду уничтожать все, что ты знаешь, все, что ты любишь. И пока у тебя нет другого прибежища, кроме меня.

Возможно, в конечном счете любовь – это просто стремление к чему-то невероятно яркому и бесконечно недостижимому.

Нет более великой силы , чем вера , и не будет более великой армии, чем та, которой она движет.

Никак не могу отделаться от чувства , будто все так или иначе вокруг меня рушится, движется к верному краху, и как бы я не пыталась удержать все целым и невредимым, все, в конце концов, разрушается окончательно. Не было бы меня — все было бы иначе.

Жизнь — это череда выборов. Тщательно продумай свой следующий ход.

Я кричала, пока сила затапливала меня, сжигала, поглощала изнутри. Я стала живой звездой. Возгоранием. Новым солнцем, рожденным, чтобы сотрясать воздух и пожирать землю.
Я – сокрушение.

Между страхом и почитанием существует очень тонкая грань .

– Он тебе нравится?
– А это имеет значение ?
– Когда люди тебе нравятся, это все усложняет. Тогда по ним дольше скорбишь.

— Между вами явно что-то происходит?
— Что?
— Между тобой и восхитительной Стеллой.
— Думаешь?
— Позволь дать тебе один совет. Если вы еще не делали этого, то не стоит. Я испробовал и фантазии, и воплощения в жизнь . Фантазии всегда намного пикантнее.

Обратите внимание на разнородность заговорщиков – это важный нюанс. Русскую монархию снесла не какая-то одна партия, не собратья по масонской ложе, а широкая парламентская коалиция. И при этом истинных патриотов страны. Я пишу это без малейшего ехидства. Все эти люди действительно очень любили Россию. Они действительно желали стране блага и процветания. Но хотели как лучше, а получилось даже не как всегда, а как никогда неудачно. Многие из них потом осознают собственные ошибки . Но будет уже поздно. <...> Государственная дума сработала тогда на зависть любой иностранной разведке. И сделала это самостоятельно, испытывая гордость за свой исполинский ум и богатырскую волю.

— Оружие . Нам нужно найти оружие . Где столовое серебро?
— У нас нет столового серебра. Только вот это.
— Ложка с вилкой? Пластик?
— Да.

И немцы , и англичане , и большевики внесли свой посильный вклад в Великую русскую революцию — кто в марте, кто в июле, кто в октябре. С этим никто не спорит. Но вот к крушению русской монархии никто из них руку не прикладывал. <...> Виноваты в крушении русской монархии были… все, не перечисленные выше. Не станем винить кого-то персонально. Все там были хороши. Как совершенно справедливо заметил в то время Иван Солоневич, каждому нужно было бить в морду. Не били вовремя – оттого и случилась русская смута. Поэтому давайте не будем тешить себя иллюзиями. Февральская революция не была в принципе возможна без вечно фрондирующего студенчества, интеллигенции с ее упорным нежеланием понять, что идет война , тыловиков, которым смертельно надоело надрываться ради победы, и многих других. Но в первую очередь — без отдельных депутатов Государственной думы. Вот корень всех бед.

Обыватель привык жить «послезнанием» и аберрацией памяти. Каждый второй искренне полагает, что все и всегда всё делали неправильно, а вот он бы справился. Причем на любом поприще — от управления государством в годы войны до решения проблемы окрылённого кровососущего гнуса. И не просто справился бы, а сделал бы это с блеском. Ему рукоплескали бы миллионы сограждан, и на телевидение позвали бы поделиться опытом.

Ничто так не вредит здоровью, как доля унижения на пустой желудок .

Получилась страшная вещь. Русские рабочий и крестьянин, русские писатель и композитор, русский математик и русский астроном умудрились в одночасье проворонить Россию. Сначала часть её, в потом и всю целиком. Никакими внутренними противоречиями стопятидесятимиллионная в тот момент страна не раздиралась. А знаете почему? Потому что правительство-то было сугубо русское. Никаких вам Штюрмеров. Только русские, то есть великороссы и малороссы. Я вам сейчас совсем уж страшную вещь скажу: именно в марте 1917 года народ производил впечатление монолита в значительно большей степени, чем в марте 1916 года. И если бы Временное правительство не показало себя уникальным сборищем абсолютных неудачников, всё могло бы быть иначе. Но, увы, не стало.

Надежда хитрая, как вода . Она всегда находит способ просочиться.

Чем больше деталей мы сообщим, тем больше вероятность подражателей. По моему опыту, такие дела побуждают к ложным признаниям.