Цитаты на тему «» — страница 21

– Пожалуйста, умоляю! Не трогайте моих котят!
Резко развернувшись, Листвяная Звезда увидела, как Коротышка и Уголяшка вдвоем врываются в палатку. Пестрая королева пятилась от них, закрывая телом своих детей. Крапчатая шерсть на ее загривке стояла дыбом, глаза были полны ужаса. Она вытянула вперед переднюю лапу с выпущенными когтями и лихорадочно переводила взгляд с одного воина на другого.
В два прыжка Листвяная Звезда очутилась возле палатки и встала между королевой и городскими котами.
– Нет ! – что есть мочи завизжала она . – Нельзя нападать на котят! Это не их битва , они в ней не участвуют!
Коротышка и Уголяшка непонимающе переглянулись. Затем глаза обоих сощурились, и они с подозрением уставились на Листвяную Звезду.
– Значит, ты предаешь нас? – прошипел Уголяшка.
Бессильное отчаяние охватило Листвяную Звезду. Она не могла сражаться с Коротышкой и Уголяшкой! Они были ее товарищами, но ведь нельзя было позволить им обидеть котят.
Внезапно сбоку от нее вырос Кремнешкур. Его черная шерсть была растрепана, кровь тонкой струйкой стекала из расцарапанного лба, но ясные глаза смотрели смело и спокойно.
– Нужно перенести котят в безопасное место , – сказала ему Листвяная Звезда .
– Нет ! – воскликнула пестрая королева. – Я не позволю вам их тронуть!
Листвяная Звезда повернулась к ней и как можно спокойнее сказала:
– Доверься нам, прошу тебя. Здесь им оставаться нельзя, ты же видишь, что тут творится. Они могут пострадать или даже погибнуть.
Молодая королева изумленно вытаращила глаза на незнакомую ей кошку.
– Но ведь ты наш враг! – возразила она . – Ты не на нашей стороне.
Кремнешкур вышел вперед.
– Это у взрослых котов есть стороны, а у котят сторона одна – теплое гнездышко, да живая мать , – веско сказал он. – Мы все обязаны защищать их.

Понятие беспрестанной борьбы было для меня отнюдь не умозрительным. Покинутая, обескровленная (то есть без крова над головой), к тому же постоянно на мели, я стала воспринимать жизнь с ее мрачной стороны, как череду нескончаемых сражений, и каждое новое поражение лишь усугубляло мою жалость к себе. И тут вдруг этот несмышленыш — по сравнению с его бедой все мои неурядицы, даже если втиснуть их в одну, самую несчастную неделю в жизни , покажутся волшебным туром по Диснейленду — даже не познакомившись со мной как следует, всем своим видом говорит: «Привет, а ты вроде бы ничего, у тебя есть сердце и с тобой хорошо !» <...> В первую очередь я разглядела в этом котенке то, в чем в тот момент нуждалась сама. А больше всего прочего мне нужна была вера — вера в то, что внутри тебя есть нечто свое, сто́ящее и настоящее , что дает тебе силы и что никто и ничто — ни твой парень , ни начальник, ни душевный разлад — не сможет отнять у тебя. И если в тебе есть этот стержень, то в и в черный для тебя день люди поймут, что есть в тебе что-то такое, и помогут тебе, и тогда даже самый черный день станет светлее.

Раздражает, когда мяукаешь кошке, а она не мяукает в ответ. Так грубо с её стороны.

Можно забрать кота с улицы, но забрать улицу из кота невозможно.

Я восхищался тобой. Хотел быть похожим на тебя. Но Ярохвост был моим наставником, я любил и уважал его, он сделал меня тем, кем я стал. А ты убил его. Ты убил Ярохвоста, предал своё племя. Я скорее умру, чем пойду с тобой!

Я не слуга и не друг, я — кот! И гуляю сам по себе.

Кошки милостиво позволяют нам их любить , за что мы должны быть им очень благодарны.

Я была неправа. Я поступила плохо , и стыд за это будет вечно терзать меня. Котята должны стать высшей ценностью для всех племён. После того, как мы отнесём троих несчастных малышей в племя Ветра, я попрошу Зелёную Звезду внести в Воинский закон новое правило. Пусть котята будут находиться под защитой всех лесных воителей, к какому бы племени они ни принадлежали! Наше будущее зависит от наших малышей!

— Ладно, хорошо . Живи с кошками. Как моя тётушка Нэнси. У неё была туча кошек. И, знаешь, что произошло, когда она умерла? Они её сожрали!
— Леонард, тебе необязательно расписывать все их достоинства , я их и так люблю.

Воины племени Ветра не попросили отдать им дичь, а стали её требовать, да ещё таким тоном, что уступить им означало бы признать свою неправоту.

В конце мая сдохла кошка. Совершенно внезапно – без всяких предварительных симптомов. Проснувшись однажды утром, я нашел ее на кухне – лежала в углу, свернувшись калачиком, и уже не дышала. Наверно, и сама не заметила, как умерла. Ее тело наощупь напомнило мне вареную курицу из холодильника, а шерсть казалась грязней, чем при жизни . Кошку звали Селедка. Жизнь она прожила, что и говорить, не очень счастливую. Никто ее не любил, да и сама никого особенно не любила. В глаза людям смотрела всегда с какой-то тревогой. Таким взглядом, будто хотела сказать: «ну вот, сейчас опять что-нибудь потеряю...» Вряд ли на свете найдется еще одна кошка с такими глазами. И вот – сдохла. Сдохни всего один раз – и больше никогда ничего не потеряешь. В этом, надо признать, большое достоинство смерти.

Большинство кошек, когда находятся на улице, хотят обратно домой и наоборот, и зачастую все это одновременно.

И тут меня пронзила еще одна мысль: вот существо, которому нечего дать, кроме своей любви ; осталось лишь найти того, кто бы принял ее, эту любовь , а найти никак не удается — эта мысль показалась мне до боли печальной.

Вы, люди , вечно разбросаны во всех местах сразу. Коты, наоборот, всегда в себе.

Кошки — известные мастера хорошо устраиваться.

Кошки всегда прибегают на зов. Если, конечно, в этот момент у них нет дел поважнее.

Привычка кошек ходить по шкафам и буфетам – объясняется мною, как нелегкий труд и жажда славы.

Коту нипочем холода, внутри кота теплота!

— Я первая, я первая.
— Почему это ты первая?
— Потому что я леди , вот почему.

Похожа удача на кошку:
Капризна, брезглива, мила…
За хвост ее схватишь немножко,
Она уже всё…. Насрала.