Цитаты на тему «» — страница 51

Люди умирают. Книги же бессмертны.

Каждая книга — кража у собственной жизни . Чем больше читаешь, тем меньше умеешь и хочешь жить сам.

Дорогой друг!
Дочитал «Убить пересмешника». Теперь это моя самая любимая книга. Правда , я всякий раз так думаю, пока не прочту следующую.

Последняя книга была замечательной, но, все же, был один изъян — несколько страниц были вырваны. Прямо перед удаленной секцией красовалась такая строка: «Люди живут, чтобы спасти себя, ты поймешь это в момент собственной смерти».

Верьте книгам, а не рекламным объявлениям.

Название книги «Заходящее солнце ». Как ты мог ошибиться?

Читать – значит нетерпеливо уповать на следующую страницу; самая любимая книга – та, что держит вас в подвешенном состоянии.

Нет-нет, я не хочу читать. Вообще, книгам не доверяю.

Русская литература — литература депрессивная, потому что честная. Но как говорить с детьми о такой литературе, в которой от произведения к произведению терпят фиаско идеи гуманизма, справедливости и бога? Герои пассивные поголовно не находят смысла в жизни , а борющиеся оказываются в дураках.

На помойке остывают книжки
Сиротливой стопкой за бачком:
Горький с Фетом, Федин, Пушкин, Пришвин,
В куче « Люди , годы , жизнь ». «Разгром»!
Их недавно холили на полках,
Нежно пыль сдували с корешков.
А потом решили — нет с них толку,
И как тех есенинских щенков
Сунули в большой мешок без дрожи
И избавились в конце времен.
Ну конечно, все есть в Интернете,
Книжкам цифровым потерян счет.
Только никогда никто на свете
Так, как мы, их больше не прочтет.

Проза занимает место в литературе только благодаря содержащейся в ней поэзии.

Нет , я могу сказать себе надо, могу сесть и выродить шаблонную зарисовку о любви ли, о жизни ли, оперируя словами и образами, которые так или иначе заденут струны случайных душ, ключи к которым разбросаны под ногами, стоит лишь наклонится и поднять. Я даже могу сделать изящный шахматный ход на площадке пиара всего и вся и завернуть получившуюся пустоту в яркий фантик, сделав ее бестселлером. Без-цели-ром. Хорошо продаваемой возней на ринге бессмыслия, игры в слова и переливания из пустого в порожнее заочно хороших идей, сформулированных не мной. И стать одним из многих модных нынче авторов, собрав аудиторию одиноких, загнанных жизнью людей, жаждущих стать хотя бы сторонними соучастниками чего-то высокого, мудрого, светлого и вечного. А после с ядовитой ухмылкой на лице собирать урожай восторгов, адресованных не столько мне, сколько собственному желанию быть тонко-чувствующими, невероятно-развитыми людьми. Но есть внутри какой-то штрих, оттенок души, отголосок совести, который не дает врать.

Нет ничего выше, чем чтение . Книги — главный источник удовольствия и вдохновения, важнее, чем театр , кино или изобразительное искусство .

Книги следует читать так же неторопливо и бережно, как они писались.

Я боюсь, что у русской литературы одно только будущее: её прошлое .

Геббельс говорил, а книги жгли, Хрущев говорил, а книги жгли, Сталин говорил, а книги жгли, Брежнев говорил, а Черных был отправлен в психушку, Лец и Зощенко были запрещены, и Ю. Домбровский был убит. Страницы с упоминанием генерал-лейтенанта Смушкевича и Мейерхольда были либо вырваны, либо подлежали заклеиванию. М. А. Булгаков: «в печку его... переписку с этим, с Каутским».

– А драконы существуют? – шепотом спросила девочка.
– Конечно! Они определенно водятся в книгах на верхней полке. Но ты не бойся: если в душе ты настоящая принцесса , никакое чудовище тебе не навредит…

Месье, ну что мне вам сказать?
Прочли вы книг немало,
Но о Шекспире толковать
Вам вроде б не пристало.
Вы весь в делах. Из года в год
У вас одна задача:
Свой увеличивать доход
И стать еще богаче.

Люди слагают песни, сочиняют стихи , записывая же их, ставят свои имена, и вот проходит сто, тысяча лет, другие люди читают записанное, и у них возникает чувство, будто они беседуют с самим сочинителем, — право , в этом есть что-то необыкновенно трогательное.

Интересные книги читают, гениальные – перечитывают.