Цитаты на тему «» — страница 23

На отечественных книжных лотках такой набор печатных кирпичей сеет разумное, доброе, вечное, как будто не Красная Армия в 45-м году взяла Берлин, а вермахт в 41-м Москву.

Достоевский на несколько дерзких шагов оказался впереди своего времени. Следуешь за ним со страхом, недоверчивостью, потрясением — но всё равно следуешь. Он не отпускает, ты обязан идти за ним… Его следует просто назвать уникумом. Он пришёл из ниоткуда и ни к какому месту не принадлежит. И всё же он всегда остаётся русским.

Зачем мне нужны люди , когда есть книги?

Если позволительно изобразить тюремное заключение через другое тюремное заключение, то позволительно также изобразить любой действительно существующий в реальности предмет через нечто вообще не существующее.

Книги великолепно промывают тебя изнутри.

— Медленно развивай действие , а потом раз — и ошеломи читателя. А последний абзац вообще не нужен.
— Не понимаю. Если вы знаете, как писать, почему сами не пишете?

Мы никогда не остаемся с книгой наедине, не правда ли? Каждая страница напоминает нам какой-нибудь прожитый день и помогает воскресить те чувства , что его наполняли. Счастливые часы отмечены мелом, печальные — углем...

Мне кажется, что книга незаменима, особенно сегодня, когда читающие книгу, по сути, бросают вызов . Читающий книгу – это как девушка, хранящая девственность в период всеобщего разврата. Когда все смотрят видео, а ты читаешь книгу. Но мы должны понимать, что читающий книгу всегда будет править теми, кто смотрит телевизор. Чтение книги – это элитарное занятие . И народ , читающий книгу, – это элитный народ , который всегда будет сильнее тех, кто перестал читать и увлекся только видеосюжетами. Если мы – царский род , род избранный, царское священство, люди , взятые в удел, то вот нам и книга в руки . Это фактор силы , это фактор величайшей силы .

Опубликовать свою книгу — значит добровольно выйти на публику без штанов.

Конечно, границы понятия можно размыть, но суть харизматичной литературы остается прежней: герой или несколько героев влекомы идеей, которая ценнее их жизни и всех ее благ. Такая жизнь должна обрываться – или создавать впечатление , что может – без всякой липы и мягкой подстилки.

Когда мы жили в Колорадо, там выпал снег . Наш кот — а я кошатник — захотел выйти из дома, и я открыл ему дверь , но он не выходил. Просто продолжал вопить. До этого он видел снег , и я не мог понять, что случилось. Я снова и снова открывал перед ним другие двери, а он опять не выходил. Потом Джинни сказала «О, он ищет дверь в лето». Я махнул на кота рукой, попросил её не говорить больше ни слова и написал роман «Дверь в лето» за 13 дней.

Он пишет книжки о других людях, которые уже написали книжки. По-моему, мартышкин труд .

Меня не столько уже волнует, кто кого убил, сколько даст мне что-то эта книга или не даст. А сюжеты я давно по первым страницам угадываю. Под каждой обложкой – своё течение надежд. Если лягушка скакала через дорогу и её переехало машиной – это реализм . Если превратилась в царевну и вышла замуж – фантастика . Если попала на опыты, но сбежала, по лестнице допрыгала до крыши и сидит на краю небоскреба, мрачно глядя на город , – трагедия с элементами романтического бунта.

Сорок лет она преподает: Гоголь родился в таком-то году, Евгений Онегин — представитель лишних людей, Катерина из «Грозы» — луч света в темном царстве. Сорок лет одни и то же готовые формулы. Вся литература — набор сухих формул, которые нельзя ни любить , ни ненавидеть. Не волнующая литература — вдумайтесь! Это такая же бессмыслица, как, скажем, не греющая печь, не светящий фонарь. Получается: сорок лет Зоя Владимировна обессмысливала литературу. Пушкин, Достоевский, Толстой, Чехов глаголом жгли сердца людей. По всему миру люди горят их пламенем — любят, ненавидят, страдают, восторгаются. И вот зажигающие глаголы попали в добросовестные, но, право же, холодные руки Зои Владимировны... Сорок лет! У скольких тысяч учеников за это время она отняла драгоценный огонь ! Украла способность волноваться!

Ты, публика , добра, очень добра, а потому ты неразборчива и недогадлива. На тебя нельзя положиться, что ты с первых страниц можешь различить, будет ли содержание повести стоить того, чтобы прочесть ее, у тебя плохое чутье, оно нуждается в пособии, а пособий этих два: или имя автора, или эффектность манеры .

Чтение — такой же творческий процесс , как и писание, а порой и больше. Когда мы читаем об умирающих лучах заходящего солнца или громе и шипении приливной волны, наша заслуга не меньше авторской.

Будут ли дети и взрослые в восторге от Гарри Поттера через 100 лет или 200? Мне кажется, что они выдержат проверку временем и поселятся на полке, где хранится всё самое лучшее . Думаю, Гарри встанет в один ряд с Алисой и Фродо, и эта серия книг не на десятилетия, а на века.

В хорошей книге больше истин, чем хотел вложить в нее автор.

Почему люди слушают песни? Почему люди читают книги? Чтобы на время забыться, сбежать от себя. Хорошая книга, хорошая песня , они заглушают твой внутренний голос . Они как бы берут управление на себя. Ты погружаешься в песню, ты погружаешься в книгу – и освобождаешься от своих собственных переживаний и мыслей и проникаешься мыслями автора. Ты как будто выходишь из своего тела и становишься кем-то другим.

Ее ум развился раньше, чем сердце , и она предпочитала литературных персонажей реальным героям. Первых можно было запереть в ящик стола, а со вторыми справиться было куда труднее.