Цитаты на тему «» — страница 22

Книга — лучшая зарядка для ума.

Сюжет — это канва, по которой вышивает свои узоры Мысль.

— Как книга? – спрашивал я Дашу.
— Мысли короче, чем предложения. Мысли одеты не по росту, рукава причастных оборотов висят, как у Пьеро.

Каждую книгу нужно уметь читать.

Бумага все стерпит или рукописи не горят?

Жан-Жак Руссо в «Эмиле» пишет, что библиотека Эмиля будет состоять всего из одной книги. Вы думаете, это Библия ? Нет , это «Робинзон Крузо». И пока у человечества не испортится вкус , её надо считать самой великой. И я всегда так считал, но стеснялся произнести вслух, пока не наткнулся на эти строки. Робинзон Крузо — это человек , который ни при каких обстоятельствах в силу величия своего духа не мог погибнуть.

Вместо мыслей, которые дают нам книги, фильмы снабжают человечество большими порциями инстинктивных эмоций.

Всё самое важное писатели прячут между строк...

— Где вероятнее всего можно получить укус вампира?
— В романе 19 века.

Напрасно думать , что эта литература была лишь плодом народного досуга. Она была достоинством и умом народа. Она становила и укрепляла его нравственный облик, была его исторической памятью, праздничными одеждами его души и наполняла глубоким содержанием всю его размеренную жизнь , текущую по обычаям и обрядам, связанным с его трудом, природой, почитанием отцов и дедов...

Не могу сказать, что это было такое уж захватывающее чтение , но иногда мне нравится просто созерцать черные буквы на белой бумаге: сие незамысловатое зрелище меня успокаивает, как сытный обед в июльский полдень.

Затаённое дыхание прошедших лет доносится с каждой полки. Участники. Дети и родители целых эпох. Книги. Каждая из них хранит Знание . Да, не всегда нужное. Не всегда истинно верное. Очень часто — вредное. Но ведь текст тем и хорош, что каждый читатель видит в нём что-то своё... Пусть поймёт превратно или вообще не поймёт, но... В это можно не верить. Над этим можно смеяться. Это можно презирать. Смейтесь! Но я знаю совершенно точно: ни одно прочитанное слово никогда не исчезает из памяти. Рано или поздно оно прорастает откровением или легкой улыбкой: вы даже не вспомните, где прочли всплывшую в океане памяти фразу, но она окажется именно той, которая так необходима в этот момент... Необходима не для того, чтобы понять основы мироздания, а чтобы добавить восприятию мира чуть-чуть остроты...

Есть два подобия целомудренных и страстных объятий: море и раскрытая книга; их оценить может всякий возраст . Но море однообразнее книги и быстрее утомляет; книга держит в объятьях часами, годами, всю жизнь , и любовные выдумки ее безграничны. Прочитанная, она остается в памяти — и снова рождается, опять влекущая и еще раз полная тайны. В море мы плаваем на поверхности — в книгу уходим с головой, и чем глубже, тем слаще и чудеснее.

Человек , будь то джентльмен или леди , не получающий удовольствия от хорошего романа, должен быть безнадёжно глуп.

Писательский долг перед человечеством должен быть игрой для личного удовольствия. Я пишу книги, которые мне самой будет интересно прочитать. Я люблю своих героев, я хочу познакомить их с читателями. Я хочу, чтобы в стихах пульсировала моя кровь . Но я знаю, я ответственна за то, что я пишу. Я должна сделать больно читателю. Без боли он ничего не поймет… Без боли – нет красоты. Без боли – нет добра. К сожалению.

Я попытался читать Диккенса после Твиттера и, кажется, потянул мышцу в мозгу.

Мама с детства внушала мне, что недостатки нужно превращать в достоинства , а достоинства – подчеркивать. И тогда уж точно будешь состоять из одних достоинств.

Но мне ненавистны произведения, которые являются чистой выдумкой, даже самый фантастический сюжет должен быть фактически обоснован, только лжец руководствуется голой выдумкой.

Читать хорошие книги полезно потому, что они не дают нам стать «истинно современными людьми».
Становясь «современными», мы приковываем себя к последнему предрассудку; так, потратив последние деньги на модную шляпу, мы обрекаем себя на старомодность. Дорога столетий усеяна трупами «истинно современных людей».

С самого детства я мечтал собрать свою библиотеку. Грешён, люблю подержать книжечку в руках.