Цитаты на тему «» — страница 18

Я помню, как одна за другой умирали газеты, словно бабочки на огне. Никто даже не пытался их воскресить. Никто не жалел о них. И тогда, поняв, насколько будет спокойнее, если люди будут читать только о страстных поцелуях и жестоких драках, наше правительство подвело итог, призвав вас, пожирателей огня.

Надо прожить чью-то жизнь – то есть надо читать, чтобы обрести способность воспринимать собственную жизнь всеми пятью чувствами.

К некоторым книгам я не позволяю прикасаться даже самым близким. Чтобы случайно не поверили их лжи.

В то время единственными моими друзьями были слова , выведенные пером на бумаге.

Людям неведомо, почему они венчают славой произведение искусства. Отнюдь не будучи знатоками, они воображают, что открыли в нем сотни достоинств, лишь бы подвести основу под жгучую свою заинтересованность; но истинная причина их восторга это нечто невесомое: симпатия .

Некоторые книги объяснить невозможно: они возникают вроде бы неведомо откуда, но, когда их читаешь, удивляешься, как это мир мог существовать без них.

Читайте прежде всего лучшие книги, а то вы и совсем не успеете прочесть их.

Невозможно рассказать о сегодняшнем дне так, как это делали Толстой и Достоевский, – да и не нужно. Классики – это те, кто смог в литературе создать универсальные образы и понять вечные законы человеческой жизни . Но связать эти универсалии с нашей, текущей жизнью мы можем только благодаря современной литературе. Лучших живущих писателей хочется читать, чтобы понять себя и свою жизнь – такими, какими они даны нам не в эпопее из школьной программы, а прямо сейчас.

Наша публика похожа на провинциала, который, подслушав разговор двух дипломатов, принадлежащих к враждебным дворам, остался бы уверен, что каждый из них обманывает свое правительство в пользу взаимной нежнейшей дружбы.

Кругом были тела, сломившиеся над письменными столами, черепа, лоснившиеся под лампами, и книги, книги, книги вдоль бесконечных стен — закрытые, немые, непроницаемые. Большой зал библиотеки был словно погружен в жидкий стоячий клей полного безмолвия. Ни малейшего движения. Лишь устоявшийся запах чистой пыли, которую вытирают каждое утро .

Нет таких книг, у которых нельзя было бы чему-нибудь научиться.

Если у тебя есть сад и библиотека , то у тебя есть все, что тебе нужно.

На свете много живых книг. Это не метафора: книга обладает душой.

Природа литературного успеха — увлекательная тема. Как много в ней слагаемых: личность художника, характер его дарования, внешние обстоятельства жизни , культурный уровень современников, мода , случайности.

Произведения Конан Дойла, особенно это касается «Шерлок Холмса», — невероятно интригующие, смешные, какие угодно, но не скучные. А когда их пытаются загнать в рамки Викторианской эпохи, своего рода «мужской Джейн Остин», и сюжет , и персонажи теряют практически все. Поэтому некоторые адаптации «Шерлока» невозможно смотреть. Я могу себе представить, какой интерес вызывали книги Конан Дойла в свое время , на фоне прочей «монотонной» литературы.

У Достоевского есть вещи , которым веришь и которым не веришь, но есть и такие правдивые, что, читая их, чувствуешь, как меняешься сам, — слабость и безумие, порок и святость , одержимость азарта становились реальностью, как становились реальностью пейзажи и дороги Тургенева и передвижение войск, театр военных действий, офицеры, солдаты и сражения у Толстого.

Фэнтези – отличная диета для растущих душ. В этих книгах есть всё то же самое, что и в жизни . Моральный кодекс, стремление к порядку, а порой и огромные зубастые зеленые твари. Существуют и другие книги, и я надеюсь, что дети , начавшие с фэнтези , доберутся и до них. Так случилось и со мной. Всем нужно с чего-то начинать.

Литература — это еще и власть . Писать хорошо — это претендовать и захватывать, владеть чужою душой.

Только погрузившись в мир книг, я могу забыть о том, кто я есть.

Общение с книгой — высшая и незаменимая форма интеллектуального развития человека .