Цитаты на тему «» — страница 107

– Вы часто видитесь со своим отцом?
– Нет , мы просто друзья .

Правда не должна стать помехой хорошей истории .

Меня как-то спросили, почему я сделал первую главу своей первой книги такой длинной. Но это же так просто: чтобы всякие идиоты сразу отложили книгу в сторону.

— Не знала, что вы так глубоки, — сказала она.
— Обычно я мельче.

Господи, как я замаялся! Сегодня я был на визитах у восьми пациентов. Почему я в свое время не стал специалистом? Мог бы спать спокойно, как эти счастливчики аллергологи. У них рабочее время — как у банкиров, и заработки такие же. Один сделал 100 тысяч долларов на какой-то пыльце и построил дом . Если разновидности пыльцы и дальше будут так размножаться...

Россия в печали?! Не иначе как близится конец света!

Он был на вершине славы – под сапогом тирана.

— Отдел долгосрочного прогнозирования, к хозяину!
— Позолоти ручку, красавец ты мой ненаглядный. Всю правду скажу: что было, что будет, чем сердце твоё успокоится, золотой ты мой. Болит у тебя душа за бубнового короля. А рядом с ним ещё трефовый король и совсем маленький королевич. И ждёт их дальняя дорога с большими загадками и отгадками. А тебе, красавец ты мой ненаглядный, выпадают пустые хлопоты при пиковом интересе. Позолоти ручку!
— Расшифруйте этот бред !

Я красивый старик, боящийся стать беспомощным. В общем, диагноз — «старость средней тяжести».

Люди , которые не смеются — несерьезные люди .

Выше нос, Макс, у тебя все... ну, не то, чтобы хорошо получается, но ты еще не утонул, это уже победа .

Если в споре вы убедили противника, под конец он непременно заявит: «В сущности, мы оба говорили одно и то же».

... в Роя Кливленда Салливана, лесничего из Национального парка в Вирджинии, они ударяли семь раз: первый – в 1942 году, а последний – в 1977-м. Молниям не удалось отправить его на тот свет , но в семьдесят один год он покончил с собой выстрелом в живот, по слухам – из-за неразделенной любви .

Каждый день чрез мост Аничков,
Поперек реки Фонтанки,
Шагом медленным проходит
Дева, служащая в банке.
Каждый день на том же месте,
На углу, у лавки книжной,
Чей-то взор она встречает —
Взор горящий и недвижный.
Деве томно, деве странно,
Деве сладостно сугубо:
Снится ей его фигура
И гороховая шуба.
А весной, когда пробилась
В скверах зелень первой травки,
Дева вдруг остановилась
На углу, у книжной лавки.
«Кто ты? — молвила. — Откройся!
Хочешь — я запламенею,
И мы вместе по закону
Предадимся Гименею?»
Отвечал он: «Недосуг мне.
Я агент. Служу в охранке
И поставлен от начальства,
Чтоб дежурить на Фонтанке».

Со мной бы попроще, а? Я же готов помочь. Пусть всем будет хорошо — и Родине, и Москве-столице, и всему прогрессивному человечеству. Только я тупой от рождения. Пока мне не объяснят, в чем дело, — не понимаю.

You've got a beautiful face but got nothing to say.

Жарой меня не напугать — я солнца и моря частица.

Люди приезжают сюда отдыхать, знаете ли, они ищут уединения, а этого не так легко достичь в наши дни.

— Ты женат?
— Время от времени случается. Моя жизнь — это непрерывный поиск будущей экс-супруги.

— Я хочу, чтобы ей комфортно было его носить. Не хочу дарить большой бриллиант, который она побоится надеть.
— Полагаю, она храбрее, чем вы думаете.