Цитаты на тему «» — страница 254

Аврора знала от матери — тебя уважают и боятся, когда ты сильная. Прояви слабость — и тебя сожрут. Поэтому она выглядела так, словно каждый день размазывала по полу десяток парней. А что выворачивало наизнанку… ну, может, она перед этим съела что-то несвежее?

Наглость — это не умышленный образ действий, а свойство характера.

Я не могу позволить себе расслабиться и предоставить составление планов и тактик другим по одной простой причине: я не уверен в том, что другие с этим справятся. В себе я, в то же время , более чем уверен.

У людей печаль всегда из глаз смотрит.

Неблагодарность , конечно, человеческое свойство, но проявлять его — ребячество.

Прячась в темноте, никогда не знаешь, кто именно придет за тобой.

Мы несправедливо заявляем, что человек — высшая ступень эволюции: этому учат в школе. Человек уничтожает океаны, рыбу, атмосферу и друг друга . Человек , пролетая над городом, нажимает на кнопку и сжигает всех жителей атомным оружием. Наивысшее ли он творение природы? Ещё нет , на мой взгляд . Нам предстоит долгий путь . Мы либо создадим рай на Земле, либо уничтожим себя и впадём в забвение . Только будущее даст ответ. Каким оно будет — зависит от нас.

Для здоровья все есть, все под рукой; для баловства все добывается с трудом и муками.

Надо позволять себе все, что доставляет удовольствие (имеется ввиду естественно хорошее). Потому что жизнь такая штука, которая может прерваться в любую минуту. (Конечно, давно об этом все знают, но, как мы постоянно повторяем знать — это одно, а почувствовать — совсем другое).

Нет ничего гибельнее для страны, <...> чем апатия народа к внешней политике своего отечества...

Не всякий чистый плотию, чист и душою своею.

Тому, кто перестанет много говорить, будет дарована мудрость , и тому, кто перестанет выискивать недостатки в других, представится возможность исправить свои.

Делай, что можешь с тем, что ты имеешь, там, где ты есть.

Теперь я понимаю: Линдси вовсе не бесстрашна. Она до смерти боится. Боится одного: люди узнают, что она всю жизнь врёт и жульничает, притворяется, будто держит всё в кулаке, хотя на самом деле барахтается точно так же, как мы. Линдси готова вцепиться в горло за один косой взгляд , словно мелкая шавка из тех, что вечно лают и кусают воздух , пока цепь не сдавит шею.

Единственное, что имеет значение в конце нашего пребывания на земле, это то, как сильно мы любили, каким было качество нашей любви .

— Тогда что, по-твоему, гуманизм ?
— Прежде всего — доброта во взаимоотношениях.
— А если человек не желает быть добрым, то его надо уничтожить? — ехидно поинтересовался Учитель.
— Нет , — возмутился Илар. — Но держаться от него лучше подальше.
— Это если есть такая возможность. А если нет ? Что тогда? Ведь он — отрицательный пример для множества других. Все-таки уничтожить?
— Нет , — повторил Командор.
— А чем занимались вы? Не припомнишь, часом?
— Уничтожали... Но ведь мы чистили только самую гнусь, убивающую, пытающую и так далее. Неужели таких не нужно останавливать?
— Нужно. Но не так. Вот в этом парадоксе, кстати, и заключена фальшь идеи гуманизма, как такового. «Между собой мы добры, но если кто-нибудь не хочет принимать и понимать нашей доброты, то мы его убьем...» В разных мирах в разные времена люди приходили к гуманизму, но в нем всегда присутствовала эта вот гнусная деталь, превращая гуманизм в антигуманность.

Благодарность и предательство — это по сути дела начало и конец одной процессии.

Что такое «смысл»? Тут хитрая штука. Вообще-то смысла никакого нет . Это фантом. Но хитрость тут вот в чем. Вот смотрите, я произношу одну и ту же фразу: «Часы упали», — но произношу в двух ситуациях с двумя совершенно разными смыслами: «Часы  упали» и «Часы упали».  Я просто поменял акцент, но это соответствует двум принципиально разным ситуациям.
А теперь представьте себе такое устройство. Я из своего сознания направляю лучик, сопоставляю: одно, другое, третье — все время вытягиваю информацию и тащу к себе. А к этому лучику привязана кисточка с черной краской. И когда я «стрельнул» этим лучиком, кисточка оставила след . Я перескочил на другое — кисточка опять оставила след . Я вернулся назад — кисточка опять оставила след . Таким образом, после этой самой кисточки остается своего рода сетка. Теперь мы смотрим на сетку и говорим, что вот это и есть смысл . Значит, смысл — это особое структурное, как бы остановленное, представление процесса понимания.
Для того чтобы понять что-то по-настоящему, нужно все время переводить это в действие . Только тогда, когда человек начинает действовать, он начинает выяснять, адекватно или неадекватно он понял. Потому что в понимании самом по себе нет различия между правильным и неправильным, это различие определяется действием. Действие есть критерий правильности понимания.

Мудрецы не умеют разговаривать с царями: с царями надо говорить или как можно меньше, или как можно слаще.

Мир иллюзорен, но не статичен. То есть в чем-то старики , разумеется, были правы, и каждый из нас является иллюзией каждого и создателем каждого. Мир — это гобелен, сплошное переплетение иллюзий. Вот мы встретились, и наши иллюзии переплелись, на какое-то время оба мы стали реальнее, но все равно не стали реальными. Я слышал, что мир, любой мир, — дело рук сумасшедшего, слышал и о том, что мир — это всего лишь текст, и все кончится тогда, когда читающий перелистнет последнюю страницу. Но это только легенды . Просто легенды , которые вполне могут оказаться правдивыми, и что? Наш мир уже существует с тем же правом, с каким существуют и другие миры, он уже оброс иллюзиями, создал свое тело и породил новые иллюзии , чтобы те, в свою очередь, стали чуть более реальны. Богу достаточно вздоха, остальное сделают круги на воде или нити, они сами сплетут свой гобелен. Для тебя реально то, во что ты веришь, или то, во что верят те, в кого ты веришь. Иллюзия цепляется за иллюзию, хотя Бог давным-давно забросил
обожженные горшки и пошел искать себе новое хобби . А иллюзии живут. Я вообще не знаю, что может быть более приспособлено к существованию, чем иллюзии . Разве что ошибки человеческие… так и они, по сути, иллюзорны.