Цитаты на тему «» — страница 83

Брак — это чудо превращения поцелуя из удовольствия в обязанность.

«Право» на человека дается не браком и не своею любовью к нему, а его любовью к тебе.

Она ведь и поныне уверена, что изменит его, а он искренне верит, что она никогда не изменится, — сколько тысяч лет женщины и мужчины , вступая в брак , повторяют эту ошибку снова и снова?..

Я попыталась уговорить его посещать вместе со мной еженедельные сеансы психотерапевта. Как мне казалось, если бы мы смогли вместе поговорить о прошлом, то мы оба перестали бы делать вид, что ничего не произошло, и оба научились бы принимать новую реальность , какой бы она ни была. Но Этан тогда только покачал головой. «Я к психоаналитикам не хожу», – отрезал муж. Так наши пути разошлись. Но любовь еще жила. Я чувствовала это и без слов... <...> Но пустота росла, словно раковая опухоль, и я боялась, как бы она не разрослась до такой степени, что мы уже не сможем ее контролировать. Судя по всему, наш брак стремительно летел к терминальной стадии.

Нельзя быть счастливым в семейной жизни , будучи несчастливым в работе.

Никогда не женитесь, мистер Грей, — это единственный способ сохранить все свои иллюзии .

Говорят, что брак строится на обещании. Так и есть. Но самые прочные основаны на уверенности, на необъяснимой вере в другого человека .

Истинно счастливой супружеской паре дети вовсе не нужны, ибо мужу и жене вполне достаточно друг друга . Мужчина и женщина — как две неровные поверхности, каждая с буграми и вмятинами. Если поверхности прилегают друг к другу неплотно, то нужен клей, без него конструкцию, то бишь семью, не сохранить. Вот дети и есть тот самый клей. Если же поверхности совпали идеально, бугорок во впадинку, клей ни к чему.

Кто бы ни придумал замужество , он был гениальным мучителем. Весь смысл этого союза заключается в повторении и притуплении чувств. Лучшее , чего можно достичь в браке, — создание сильной взаимной зависимости.

Каждый, кто живёт с другим человеком, должен научиться прощать ему слабости. Человеческие слабости похожи на тяжёлые предметы мебели, уборка проходит вокруг них. Вы знаете, что там собирается грязь , но пока гости ничего не видят — всё в порядке. Но наступает день , когда шкаф отодвигают и всё выходит наружу... только уже поздно.

Вранье, недоверие , недомолвки — это уже настоящий брак .

Хорошая женщина, выходя замуж, обещает счастье , дурная — ждет его.

Мне никак не удавалось заплакать. Камни шлепались в воду, быть может, на дне они сложатся и воссоздадут Маргарету Зелле. Но я не хотела снова стать ею, той женщиной, которая заглянула в глаза жены Андреаса и ясно там прочитала, что наша судьба расписана наперед до мельчайших подробностей: нам надлежит родиться, выучиться, найти себе мужа, связать с ним жизнь — пусть даже он будет худшим человеком на земле, лишь бы окружающие не решили, что нас никто не хочет, что мы никому не нужны, — родить ему детей, состариться и провести остаток дней на стульчике у дома, глазея на прохожих, притворяясь, будто мы всё в этой жизни поняли и знаем, и не умея заставить замолчать сердце , которое твердит: «Ты могла бы хотя бы попытаться жить иначе».

Брак без приличной возможности его расторжения — это одна из форм рабовладения. Человек не должен быть собственностью человека .

— Мой брак терпит крах.
— Почему?
— Кэрол — лесбиянка... А я нет .

Не нужно ей других самоцветов, кроме глаз мужа, что вот так влюбленно на нее смотрят, ни к чему иные ожерелья, кроме его нежного дыхания на шее, и других перстней, кроме простенького обручального кольца, которое уже есть.

Мучимый нуждою,
Долею нелепой,
Муж повёз дровишки
В город — ради хлеба.
И скорей на сено
Барского сарая
Побежала Янки
Жёнка молодая.
Выпил муж на рынке,
Выручив деньжонки,
а барчук на сене
веселится с жёнкой.
Прикупил на рынке
Янка хлеба, соли
И баранок связку
для своей Антоли
Угощает Янка
Жёнку молодую
И при этом руку
Панычу целует.

Прожить в браке можно либо долго, либо счастливо. Первый вариант — когда вы женитесь в юности. Второй — когда вы женитесь в старости. Если вы хотите любви до гроба, женитесь лет этак в семьдесят.

Она уже много раз испытывала эту грусть , хроническую печаль воскресного вечера, когда супружеские пары устают от баскетбола, тенниса, прогулок по пляжу или пинания мяча, чувствуют тяжесть наваливающегося вечера, когда вместо игры придется проводить время при электричестве, с капризными детьми, остатками еды, полупрочитанными газетами с их утомительными чудесами и ужасами. В такие вечера брак закрывается, как цветок после заката, и остаток воскресенья становится, как замызганное окно , из которого виден понедельник и вся томительная неделя, когда людям снова придется превратиться в брокеров, дантистов, инженеров, матерей и домашних хозяек, во взрослых — не гостей в этом мире, а его хозяев, несущих надоевший груз обязанностей.

Брак становится бесконечным процессом адаптации и изменения, что похоже на положение эмигранта в чужой стране, который учится жить при другом строе мышления, понимать непривычную грамматику и иное невербальное общение в новой и незнакомой культуре.