Цитаты на тему «» — страница 156

Я горжусь своими крыльями хотя бы потому, что они позволяют мне вернуть способность летать другим.

Женщины дурнеют, если плачут.
Ты не плачь, любимая, не плачь.
Из-за слова ? Много ль оно значит?
Неудача ? Мало ль неудач?
Ты в толпе неси себя с любовью
Легкою походочкой враскос.
И гляди лучисто, исподбровья,
Через пряди спутанных волос.
Что ты, милый, я уже не плачу,
Я не плачу — я себя люблю.
Улыбаюсь встречным наудачу,
Смело взгляды встречные ловлю.

Если посмотреть на религии с точки зрения смерти, то буддизм говорит о механизмах невозможности умереть навсегда, а христианство говорит, что есть виновник этого торжества, и склоняет к тому, чтобы любить его и бояться.

Нас учили исследовать свои творческие возможности , а не концентрировать свое внимание на препятствиях.

Власть привлекает худших и совращает лучших.

В битве сомнений не должно быть. <...> Должна быть только вера . Вера в Силу. Положись на нее.

— Бать, это ты па-а поводу оружия заикался?
— Это ты заикаешься. А я — интересуюсь...
— Ну, пойдём.
— Пойдём. Только я заранее предупреждаю: деньги — не при мне.
— А-а где?
— Адрес записать или запомнишь?

по сути, извинения пусты,
похожи на посмертную медаль.
разбито сердце , взорваны мосты ...
и толку, что кому-то «очень жаль»?

Я боюсь так давно, что устала бояться.

– Я вчера поссорилась с парнем. Сказала ему собрать всё, что принадлежит ему, и валить из дома.
– И что он сделал?
– Схватил меня и вышел из дома.

В мире, где за каждым охотится смерть , не может быть маленьких или больших решений. Здесь есть лишь решения, которые мы принимаем перед лицом своей неминуемой смерти.

Самый сильный плен — плен собственных сомнений!

Если кому-нибудь везет, не завидуй ему, а порадуйся с ним вместе , и его удача будет твоей; а кто завидует, тот себе же делает хуже.

Она сама не знала, зачем и для чего, но домашнее хозяйство неудержимо влекло её к себе. Она , инстинктивно чувствуя приближение весны и зная, что будут и ненастные дни, вила, как умела, своё гнездо и торопилась в одно время и вить его, и учиться, как это делать.

Да будет сердце постоянно,
Как будто берег океана,
Оставшийся самим собою
Средь вечных перемен прибоя.

Я тогда думала, что для других девочек иметь сестру — все равно что стоять перед мутноватым зеркалом и видеть в нем свое собственное прошлое , саму себя, только с вариациями.

Ты будто сидишь в кинотеатре, смотришь фильм о своей собственной жизни . И вот ты там, на большом экране — большом, как твоя жизнь . Ты гребанная кинозвезда! Убиваешь плохих парней, отрываешь им конечности. И тебе хорошо ! Ты смотришься хорошо ! ***ь! Ты хорош! А потом ты понимаешь кое-что: все остальные в зале... они кричат. Потому что они смотрят хоррор. А ты — не герой. Ты — монстр!

— Девушка, а вы пьете? — Я? Нет ... — Совсем? — Ну, только когда наливают.

Почему все устроено так глупо: можно спасти человека от любой неважной беды — от болезни, от равнодушия, от смерти, и только от настоящей беды — от любви — ему никто и ничем не может помочь... Всегда найдется тысяча советчиков, и каждый будет советовать сам себе. Да и потерпевший-то, дурак, сам не хочет, чтобы ему помогали, вот что дико.

Год сгорел на керосине
Залетевшей в лампу мошкой.
Вон зарёю серо-синей
Встал он сонный, встал намокший.
Он глядит в окно , как в дужку,
Старый, страшный состраданьем.
От него мокра подушка,
Он зарыл в неё рыданья.