Цитаты на тему «» — страница 3

У меня врожденная страсть противоречить; целая моя жизнь была только цепь грустных и неудачных противоречий сердцу или рассудку.

Княжна, кажется, из тех женщин, которые хотят, чтоб их забавляли; если две минуты сряду ей будет возле тебя скучно, ты погиб невозвратно: твое молчание должно возбуждать ее любопытство , твой разговор — никогда не удовлетворять его вполне; ты должен ее тревожить ежеминутно; она десять раз публично для тебя пренебрежет мнением и назовет это жертвой и, чтоб вознаградить себя за это, станет тебя мучить — а потом просто скажет, что она тебя терпеть не может. Если ты над нею не приобретешь власти, то даже ее первый поцелуй не даст тебе права на второй; она с тобою накокетничается вдоволь, а года через два выйдет замуж за урода, из покорности к маменьке, и станет себя уверять, что она несчастна, что она одного только человека и любила, то есть тебя, но что небо не хотело соединить ее с ним, потому что на нем была солдатская шинель, хотя под этой толстой серой шинелью билось сердце страстное и благородное…

Мало ли людей, начиная жизнь , думают кончить ее, как Александр Великий или лорд Байрон, а между тем целый век остаются титулярными советниками?..

Кто знает наверное, убежден ли он в чем или нет ?... и как часто мы принимаем за убеждение обман чувств или промах рассудка!..

Частная известность уж есть острый нож для общества, вы заставили об себе говорить два дня. — Страдайте ж двадцать лет за это.

— Милый мой, я ненавижу людей, чтоб их не презирать, потому что иначе жизнь была бы слишком отвратительным фарсом.
— Милый мой, я презираю женщин, чтобы не любить их, потому что иначе жизнь была бы слишком нелепой мелодрамой.

Русские барышни большею частью питаются только платонической любовью, не примешивая к ней мысли о замужестве; а платоническая любовь самая беспокойная.

Вот люди ! все они таковы: знают заранее все дурные стороны поступка, помогают, советуют, даже одобряют его, видя невозможность другого средства , — а потом умывают руки и отворачиваются с негодованием от того, кто имел смелость взять на себя всю тягость ответственности. Все они таковы, даже самые добрые, самые умные!..

Женщины любят только тех, которых не знают.

Думая о близкой и возможной смерти, я думаю об одном себе: иные не делают и этого. Друзья , которые завтра меня забудут или, хуже, возведут на мой счет бог знает какие небылицы; женщины , которые, обнимая другого, будут смеяться надо мною, чтоб не возбудить в нем ревности к усопшему, — бог с ними! Из жизненной бури я вынес только несколько идей — и ни одного чувства . Я давно уж живу не сердцем, а головою. Я взвешиваю, разбираю свои собственные страсти и поступки с строгим любопытством, но без участия.

— Что до меня касается, то я убежден только в одном... — сказал доктор.
— В чем это? — спросил я, желая узнать мнение человека , который до сих пор молчал.
— В том, — отвечал он, — что рано или поздно в одно прекрасное утро я умру.
— Я богаче вас, — сказал я, — у меня, кроме этого, есть еще убеждение — именно то, что я в один прегадкий вечер имел несчастие родиться.

Одни почитают меня хуже, другие лучше, чем я в самом деле… Одни скажут: он был добрый малый, другие — мерзавец. И то и другое будет ложно. После этого стоит ли труда жить ? а все живешь — из любопытства: ожидаешь чего-то нового… Смешно и досадно!

Я остановил себя <...>, имея правило: ничего не отвергать решительно и ничему не вверяться слепо.

О самолюбие ! ты рычаг, которым Архимед хотел приподнять земной шар!..

Зло порождает зло ; первое страдание дает понятие о удовольствии мучить другого; идея зла не может войти в голову человека без того, чтоб он не захотел приложить ее к действительности.

В сердцах простых чувство красоты и величия природы сильнее, живее во сто крат, чем в нас, восторженных рассказчиках на словах и на бумаге.

Удаляясь от условий общества и приближаясь к природе, мы невольно становимся детьми; все приобретенное отпадает от души, и она делается вновь такою, какой была некогда, и, верно, будет когда-нибудь опять.

Быть для кого-нибудь причиною страданий и радостей, не имея на то никакого положительного права , — не самая ли это сладкая пища нашей гордости? А что такое счастие? Насыщенная гордость .

Меня невольно поразила способность русского человека применяться к обычаям тех народов, среди которых ему случается жить ; не знаю, достойно порицания или похвалы это свойство ума, только оно доказывает неимоверную его гибкость и присутствие этого ясного здравого смысла, который прощает зло везде, где видит его необходимость или невозможность его уничтожения.

Я — как человек , зевающий на бале, который не едет спать только потому, что нет его кареты... Но карета готова. Прощайте. <...> И пусть я умру, и не останется на земле ни одного существа, которое поняло бы меня совершенно. Одни почитают меня хуже, другие лучше, чем я в самом деле. Одни скажут — он был добрый малый, другие — мерзавец. И то и другое будет ложно. После этого стоит ли труда жить ? Всё живёшь из любопытства: ожидаешь чего-то нового... Смешно и досадно.