Цитаты на тему «» — страница 245

За неимением иного счастья кайф его горький заменитель.

Прогресс человечества идет очень медленно, а регресс – мгновенно: стоит утратить гуманность – и ты снова дикарь.

Когда человек ничего не хочет — он не задает вопросов...

Никто не должен быть отвергнут своей матерью. Это неестественно.

Самое огромное, что есть во вселенной, отражается в самом малом.

Кавалаанцы верят, что человек — это сумма всех его имён, и у них имена значат очень много. На других планетах тоже, но кавалаанцы знают в этом толк больше других. Вещь без имени не существует. Если она существует, она должна быть названа. И наоборот, если дать имя вещи , то где-нибудь, на каком-нибудь уровне она появится, будет существовать.

— Лучше молись, чтобы у нас не было второй встречи.
— И не будет...

Только то, что чей-то друг хороший человек , не значит, что они тоже хорошие.

— Парни, а у меня сын на Жириновского похож: орет, а че орет — ваще не понятно.
— А у меня сын ползать начал.
— А у меня сын — дочь .

Между теми, кто придерживается одинаковых принципов и убеждений, редко возникают разногласия , потому что они находят опору в общности интересов. Между ними также нечасто случаются серьезные конфликты, поскольку они одинаково смотрят на мир. Общность дает счастье и вызывает ощущение, что тебя понимают, которое при первом знакомстве усиливает взаимное притяжение .

Этот сорт народа — тих
и бесформен, словно студень, —
очень многие из них
в наши дни выходят в люди .
Худ умом и телом чахл
Петр Иванович Болдашкин.
В возмутительных прыщах
зря краснеет на плечах
не башка — а набалдашник.
Этот фрукт теперь согрет
солнцем нежного начальства.
Где причина?
В чем секрет?
Я задумываюсь часто.
Жизнь его идёт на лад;
на него не брошу тень я.
Клад его —
его талант:
нежный
способ
обхожденья.

... Какое это счастье , когда твои близкие с тобой, а не на кладбище , и ещё можно насладиться тем, что они с тобой, и ещё можно сказать им, как любишь их и дорожишь ими.

Бедствия выявляют в людях лучшее ... или худшее.

Где скрыта душа , постигаешь невольно,
а с возрастом только ясней,
поскольку душа — это место , где больно
от жизни и мыслей о ней.

А это Медуница. Она выжила в бою и скрыла свои раны от товарищей, чтобы те не падали духом. Медуница умерла почти сразу после победы. Она была самой храброй и мужественной кошкой.

Так не бывает, — говорит мой бедный друг, и в голосе его звучит недовольство с явственным оттенком уважения к чуду, свидетелями которого мы невольно стали. — Так не бывает, — упрямо повторяет он. — Старый город , солнечный летний день , центральная площадь сплошь уставлена плетеными стульями и затянута полосатыми тентами, работают все городские кафе, но ни в одном нет кофе . Пиво , всюду пиво , пенное, густое и липкое, властная, неукротимая стихия , которой покорилось все сущее. И в центре этого кошмара — я. Стою без единого кофейного зерна в кармане, как последний дурак. Именно так я всегда представлял себе ад.

— Ты что такой... невесёлый?
— Грустно... солнца нет ...
— Зато облака есть! Как может быть грустно-скучно, когда что-то есть? Есть облака и есть... есть дорога ! Значит, можно идти по дороге с облаками!

– Твои глаза ... были красными. Ярко-красными.
– Как такое может быть?
<...>
– Это редкость. Такого не случалось уже сотню лет, но иногда бета может стать альфой, не крадя и не отнимая чужую силу. Таких называют «истинный альфа». Такими становятся только благодаря силе своего характера, достоинству, силе воли.
– Вы знали, что так будет?
– Я верил в это. Верил с того самого момента, как узнал, что тебя укусили.
– И не вы один.
– Девкалион пришёл не за Дереком. Он пришёл за тобой.

Вывернутый наизнанку мир, его контуры — это же наше воображение о нем, сам по себе он, наверное, безвкусен и бесцветен, и кто-то его таким и видит всю жизнь , разве нет ? Провидение ведет свою игру и вершит нашу судьбу, в которой каждый только сам может решить, что утрата, а что — счастье . И старость сама по себе, скорее всего, всегда одинакова, это мы окрашиваем ее в разные цвета , делаем ее мучительной, спокойной или еще какой-то…

Вся работа человека заключается в том, чтобы доказать, что он человек , а не фортепианная клавиша.