Цитаты на тему «» — страница 255

Существуют механические часы , электрические, кварцевые, а живём-то, братцы, по минутам!

В голове обычного человека раздается множество голосов, которые он сам не сознает. Можно сказать, что в подвале человеческого ума постоянно происходит воровская сходка, где, собственно, и решается судьба всего дома. Эти голоса постоянно спорят между собой. Пока они говорят разное, крыше ничего не слышно – она лишь ощущает легкую нервозность. Потом несколько таких голосов соглашаются о чем-то друг с другом и начинают говорить в унисон. Тогда их общая громкость делается достаточной, чтобы их стало слышно наверху – и они становятся командой.
Обычный человек не то чтобы слышит голоса – он им подчиняется. Еще точней, он и есть эти голоса, поскольку до того, как команды начинают выполняться, никакого человека просто нет: личность возникает именно в процессе их воплощения в жизнь .

Больше всего ты хочешь, чтобы я выздоровел, а у меня ничего не выходит. Мне так стыдно.

Мама говорит, что когда-то я просыпался с улыбкой на лице. Было это, надо полагать, году в сорок третьем. Представляете себе: кругом война , бомбардировщики, эвакуация, а я лежу и улыбаюсь. Сейчас всё по-другому. Вот уже лет двадцать я просыпаюсь с отвратительной гримасой на запущенной физиономии.

Время — океан , а не река . Зачем гнать волну, если она все равно сойдет на нет ?

– Думаю, Ян был бы красив, не будь он таким старым.
– К счастью для тебя, мы живем в мире, где мужчины могут компенсировать свой пожилой возраст несметным богатством.
– Было бы неплохо, если бы он был и молодым, и богатым.
– Зачем останавливаться на этом? Как насчет молодого, богатого и верного? Зачем довольствоваться купцом, когда у тебя мог бы быть принц ?
– Да, наверное. Но только деньги имеют значение . Я никогда не видела смысла в принцах.

Радость моя, чем меньше мы говорим, тем лучше. Некоторым женщинам вообще лучше молчать.

— ... И что же большинство людей делают с собой? Рвутся к материальным благам и удовольствиям, забывая, что их век очень короток. А там ведь спросят за все. За каждую подлость и каждую жестокость . Но есть то, за что спрашивают куда строже.
— И что же это?
— Равнодушие.

Нашему противнику неизвестно наше тайное оружие — он борется против двух, и вдвоем мы вдвойне сильнее.

Религия даёт человеку идеал. Человеку нужен идеал, но человеческий, соответствующий природе, а не сверхъестественный.

– Почему это плохо – быть особенной? Каждый из нас особенный, ни один не похож на другого. Кем ты хотела быть? Хочешь превратиться в Пурди и рассказать мне очередную историю о своих подвигах? Или ты мечтаешь стать Долголапом, который стесняется здороваться с Ромашкой, хотя она – мать его котят? Мы все разные.
– Я знаю. Но если бы ты знал, как сложно порой быть Иглогривкой!

Читатель и цензор стоят перед моими глазами: первый — с горящими глазами и протянутой рукой, второй — с потухшим взором и длинным кукишем.

Бурбулис был единственным сподвижником, который пытался — хорошо или плохо , уже другое дело — выстраивать политику, причем на основе вполне определенных идеалов. Те, кто заменил его на посту первого соратника, уже не заботились об идеях и не строили моделей — Ельцин в этом больше не нуждался.

Он не мог смириться с тем, что Доротея обожает такого супруга, — подобная слабость в женщине не может нравиться ни одному мужчине, если не считать самого обожаемого супруга.

Гляжу с тоской, дружок, на ваше поколенье:
Все ждут метафизической халявы.
«Сезам откроется по щучьему веленью...»
А накось-выкуси! О, времена! О, нравы !

Циник — слаб. Он отталкивает жизнь от неспособности понять ее.

Лесть порождает друзей, правда — ненавистников.

Не оставайтесь наедине со своими мыслями — это опасно.

Ведь можем же мы хотя бы в снах позволить себе раздвоение личности!
Тогда один из нас мог бы быть, кем хочет, а второй бы караулил, чтобы разбудить его в нужную минуту.

— Ох, какой прикольный прикид! Где шмотки взяли?
— Из шкафа.