Цитаты на тему «» — страница 134

... он врал в тех случаях, когда маленькая ложь могла предотвратить крупный конфликт .

Шо вы кричите, мама, я понимаю слов!

Мне всегда казалось, что пустые глазницы старинных особняков смотрят на меня с укором, как бы говоря «что ты с собой сделала?». Я смотрела на чёрные окна, вызывающе контрастирующие с белой лепниной, местами потрескавшейся, и снова не могла дышать. Они как символ подсознания, на антресолях которого хранится множество тайн. Мне хотелось перелезть через забор, забраться в окно первого этажа и включить свет . Через дверь было бы проще, но она заперта. Надо попробовать в окно , спрыгнуть в кромешную тьму и резким движением расправиться с ней, как будто пластырь сдираешь с разбитой коленки. Сначала можно ослепнуть, но очень скоро глаза привыкнут и увидят все как есть. Наверняка будут слезы , но потом обязательно наступит умиротворение, и я точно буду знать, что делать дальше. Жить с широко закрытыми глазами очень удобно, но прозреть – бесценно.

— То есть вы подтверждаете, что прелюбодействовали?
— Прелюбо... Прелюбо-дорого было посмотреть, как я действовал!

Легко играть, когда у тебя сильная карта, но игроки, вроде меня — великие игроки, предпочитают блеф . Ведь, гораздо зажигательнее делать вид, что у тебя фул, когда у тебя две паршивых пары. И увеличивать ставку до тех пор, пока партнер не испугается и не бросит свои карты, а ты забираешь весь банк .

— Во Франции есть поговорка, — продолжает Марк, — «Проще ослабить болт, чем закрутить». То есть нужно быть очень жестким. Если ты тверд, то сможешь и расслабиться. Но если слаб...»закрутить болт», то есть стать сильнее, будет очень сложно.

«Были двое возниц – Мытарь и Форисей. Последний запряг двух скакунов: Добродетель и Гордость , но Гордыня помешала Добродетели, колесница его разбилась, и сам он погиб. Мытарь запряг других коней: Свои грешные дела и Смирение . И не Отчаяние получил, а Спасение».

— Хочу увидеть тебя ещё.
— Почему?
— Потому что ты, как история , которая еще не случилась и частью которой я хочу быть. Потому что хочу видеть, что ты будешь делать.

Иногда мужчину нужно столкнуть в пропасть , чтобы он нашел свою цель ...

Хочешь устроить Конец Света? Нажми кнопку «Reset».

— Я считаю, раз мы образуем государство , мы не можем быть страной, которая остальному миру кажется агрессивной любительницей войн. Однако, мы не можем быть страной, которая всем кажется слабой и беззащитной. Может нам стоит организовать государство , которое кажется и тем, и тем?
— Да! Боже мой, конечно! Мы начнем воевать и одновременно протестовать против войны!
— Если народу нашей страны дозволить делать то, что они хотят, то кто-то поддержит войну, а кто-то будет против.
— А это значит, мы сможем воевать, с кем хотим и параллельно вести себя так, будто мы против. Если мы позволим людям выступать против действий правительства, страну не в чем будет упрекнуть.
— И вишню съесть, и косточкой не подавиться, образно выражаясь.
— Только подумайте! Целая нация делает одно, а говорит другое!
— И мы назовем эту страну Соединенные Штаты Америки!

— Мы целыми днями играли во дворе, катались на велосипеде по берегу, ели бутерброды. Единственное место , где нужно было быть вовремя — это дома к обеду. Не нужно было запирать двери, никаких модемов, факсов, сотовых телефонов...
— Малдер, без телефона через две минуты у тебя разовьется кататоническая шизофрения .

— Нашу девушку обуяли демоны !

Блуждая по чужим мирам,
Я дом свой искренне искала,
Но, предаваясь лишь мечтам,
В реальности его теряла.

— Почему Вам так нравится античность?
— Все мы родом из Греции.

«End of story!», «No criminality». Понимаете, просто Сергей Иванов хотел быть немножко cool. «Задайте вопрос экспертам, которые скажут, что никакого отравления не было. Экспертам, которые скажут, что отравление было, вопросов не задавайте!» Однако, давайте разберём, что сказал господин Иванов: «Отравления, скорее всего, не было. End of story». Ну тогда это «скорее всего, end of story». «Probably, end of story». И что-то мне подсказывает, что это «quiet opposite», «just begining».

— Посмотри на наши следы — они одинаковые.
— Может, это все ты натоптал.
— Ну, тогда, на наши тени — они очень похожи.
— Точно. Ты, наверное, тоже опоссум!

Полезно не только говорить, но и молчать.

В интимности мы ограничены друг другом, и невидимые оковы становятся нашими освободительными узами. Ограничение это императивно: оно предполагает исключительность. Делить значит предавать.

Невероятно повезло, если в жизни есть хоть один настоящий друг.