Цитаты на тему «» — страница 6

У многих стран ни шиша не было. А во многих и жить было невозможно. Там было слишком мало места и слишком много народу. Жители распродали все, что можно было продать, жрать им было нечего, и все равно люди там беспрестанно спаривались. Спаривание – это способ делать детей.

Выходило так, словно страна говорила своим гражданам: «В бессмыслице — слила».

— Ты не можешь доказать, что Бога нет ...
— А ты не можешь доказать, что на обратной стороне луны нет волшебного чайничка, в котором живет гномик, обожающий любовные романы и стреляющий молниями из сосков, но это все равно кажется довольно сомнительным, правда ?

– Я, кажется, слышал слово «пистолет».
– Ерунда, – махнул рукой Вейзель. – Манрик поспорил с Савиньяком, что собьёт из его пистолета воробья с соседней крыши, но промахнулся.
– Всё дело в пистолете, – стоял на своём проигравший.
Рокэ шагнул к Эмилю.
– Пистолет !
Кавалерист с готовностью протянул Алве оружие ; он молчал, но чёрные глаза смеялись. Рокэ взял пистолет правой, переложил в левую и, почти не глядя, пальнул в сторону окна. Комната наполнилась пороховым дымом, но стоявшая на подоконнике бутылка не пострадала.
– Видите, – удовлетворённо произнёс Леонард Манрик, – из дурного пистолета промахнётся даже лучший стрелок.
– Верно и обратное, – Алва бросил злополучное оружие на стол, – дурной стрелок промахнётся даже из лучшего пистолета.
Ответить Манрик не успел. Савиньяк с воплем «Леворукий, и все твари его, вот это выстрел!» – вытянул руку в направлении камина. Три свечи, стоявшие на каминной полке, погасли.

Неспускаемый флаг был красавец, да и гимн и девиз никому бы не мешали, если бы не одно обстоятельство: многих граждан этой страны до того обижали, презирали и надували, что им иногда казалось, будто они живут вовсе не в той стране, а может, и не на той планете и что произошла какая-то чудовищная ошибка. Может быть, им было бы легче, если бы хотя бы в их гимне или в их девизе о справедливости, или братстве, или надежде на счастье , чтобы этими словами их радушно приветствовали, как полноправных членов общества, совладельцев его богатств.

— В чем твоя проблема? Чего ты так боишься?
— Кроме твоих попыток заглянуть ко мне в штаны?
— Ох, ну да. Главный кошмар всех натуралов — это то, что все геи хотят вас совратить! Так вот — это не так! Ты не в моем вкусе! Да, меня не тянет к вечно потным толстячкам, которые к тридцати уже облысеют.
— Не нарывайся, Хаммел!
— Ты меня ударишь? Давай! Бей, но я останусь тем, кто я есть. Тебе не выбить из меня гея, как мне из тебя идиота.

Я считал, что Беатриса Кидслер, заодно с другими старомодными писателями, пыталась заставить людей поверить, что в жизни есть главные герои и герои второстепенные, что есть обстоятельства значительные и обстоятельства незначительные, что жизнь может чему-то научить, провести сквозь всякие испытания и что есть у жизни начало , середина и конец .

Научная эпоха , с одной стороны прославляется как насыщенная неисчислимымим благами, с другой стороны, сверхрационализация ведёт к опустыниванию жизни , которое всё более воспринимается как невыносимое.

Я люблю всех — вот что грустно...

А я спросил себя о настоящем: какой оно ширины, какой глубины, сколько мне из него достанется?

Литература — это лишь вопли болельщиков на трибунах
В поддержку проигрывающей команды.

— Ну вот мы и пришли, третий урок — французский. У меня сейчас математика , так что жди меня в классе до звонка. Я приду, чтобы провести тебя на обед .
— Ты заметил, что на этой неделе меня еще никто не дразнил?
— Это потому что мы защищаем тебя.
— Возможно. Но, может быть, меня никто не беспокоил, потому что никому нет дела .
— Ты мечтаешь.
— Хорошо , слушай, я не говорю, что в этой школе все готовы принять гея. Но, по крайней мере, они достаточно развиты, чтобы быть равнодушными. Я вижу, насколько ты несчастен, Дейв. Я мог бы просто ненавидеть меня, когда ты задирал меня. Но все, что я вижу сейчас — это твоя боль . Ты не должен себя мучить из-за этого. Я не говорю, что ты завтра должен признаться всей школе, но может быть, наступит такой момент, и ты сможешь. Что не так?
— Я... черт возьми, я так сожалею, Курт. Мне, мне очень жаль, что я так поступал с тобой.
— Я знаю, знаю.
— Круто, спасибо .

Всем нам не мешало бы начать всё сначала — предпочтительно с детского сада.

Изнасилование — одно из самых ужасных преступлений на земле, и оно совершается каждые несколько минут. Проблема людей, которые имеют дело с изнасилованиями в том, что они учат женщин как обезопасить себя. Хотя на самом деле нужно учить мужчин не насиловать. Идите к источнику насилия и начинайте с него.

Ты вызываешь восхищение в той же мере, что и раздражение .

Литературные успехи не являются поначалу весомым доказательством ценности произведения. Превысив, однако, некую меру, они уже становятся индикатором — не столько качества книги, сколько духовного состояния широких масс. И незаслуженных успехов — от Томаса Манна до Курц-Малер — не бывает.

Единственная разница между Бушем и Гитлером в том, что Гитлера действительно избрали.

Если бы любовь была пропастью, а ты был бы в ней. Я бы прыгнула, Сеит!

Мы решили изменить мир, для этого и собрались вместе , но оказалось, что изменили только самих себя.

Желание быть кем-то другим — это трата своей собственной личности.