Цитаты на тему «» — страница 3

Театр вблизи груб и несовершенен. Но когда он успешно выполняет свое дело, он будит иллюзии и чувства , которые длятся до конца спектакля и подчас не покидают зрителя и за пределами театра.

Кирпич: Я лучше знаю, каким всё должно быть: прямоугольным.

Всяк верит в своего исключительного бога, а другому человеку не верит, не верит, что этот, другой-то, тоже любит хорошего бога: Люди всегда должны верить в людей, а остальное приложится.

Все не так плохо: нас не продавали — нас выдали даром.

Есть ли что-нибудь достаточно пагубное, страшное и бессмысленное, чтобы не нашлось интеллигента, который захотел бы с помощью такого средства возродить мир?

Мы еще не добились окончательной победы. Большая часть наших сограждан все еще не уничтожена.

Вы всегда хотите иметь в запасе надежду, что кто-нибудь или что-нибудь спасёт вас!

Характерная черта судебного хроникера — весьма низкое мнение о справедливости на этом свете, а также о полиции, сыщиках, адвокатах, свидетелях, преступниках и вообще о всех людях.

Твой привкус, Поздний день , вода и запах розы . —
Дом холоден, широк, я здесь один — увы,
я одинок, ушли желания и грезы,
минувшее уйдет, как нежный шум листвы.
Всплывает лунный серп, клонится солнце долу.
Не бегство горя, нет , и не надежды весть.
Здесь царствует покой , подобно ореолу,
в согласии со мной готовый цвесть и цвесть.

Нации, сословия, классы не могут долго существовать, не задевая друг друга и не тяготясь друг другом до полного отвращения.

Чем сложнее действие , тем проще персонажи.

Каждое чудо должно найти свое объяснение , иначе оно просто невыносимо.

– Ты готова? – спросил Карел и расплылся в лукавой улыбке.
– Конечно! Где наша не пропадала! – подмигнула я ему и вдохнула полную грудь теплого, пахнущего морем воздуха.
– Везде пропадала, – согласился он. Поднял книгу и спрятал ее в свою сумку. – Ну что? Идем за новыми приключениями?

Кошка: Мой величайший враг — собака.
Собака: Мой — тоже.

Националист. «Чёрт с ним, с народом! Нам важен только его престиж».

Необычайные случаи обычно повторяются.

Анекдоты размножаются почкованием.

Художник прочитывает пьесу, не обращая внимание на прелести слога и композиции. Его интересует, где и какие должны быть двери и какую мебель хочет расставить на сцене автор, чтобы, посоветовавшись с режиссером, все сделать наоборот. Тогда пораженный автор заявляет, что он именно так все себе и представлял. Театр вообще своебразен тем, что там все вещи выглядят иначе, чем сперва предполагалось.

Бедняки — это вовсе не масса <...> Беспомощный человек совершенно одинок.

Саранча — стихийное бедствие, хотя в одиночку она совсем не страшна. То же самое с дураками.