Цитаты на тему «» — страница 36

Каждый человек рано или поздно вынужден перешагнуть через разочарование , когда все кажется лишенным смысла. Если не сможет или не захочет перешагнуть – человека не будет.

В крайностях нет середины. Мрак должен быть мраком, свет — светом.

Вот что я называю: совместить бесполезное с неприятным.

Не верь своему телу! Его чувствам, инстинктам, желаниям, лени, голоду, усталости. Тело — это ленивая, сонная, бестолковая, тормозящая и предательская дрянь! Всё, что оно говорит и желает, — ложь. Возьми его за горло, или оно возьмет за горло тебя.

Повторенье — мать мученья, а сравненье — мать сомненья.

У сердца отпуска нет , а раз так, то надо брать с него пример .

Просто всё дело в том, что жизнь не состоит из одной любви . Любовь — это десерт, это удовольствие , но никак не основное блюдо. Кроме любви , в жизни каждого есть цель . Что-то чудовищно важное, глобальное, для чего человек приходит на свет .
Его миссия , его сверхзадача, его долг перед самим собой и перед миром.

Идеал потому и идеал, что недосягаем.

— В ту ночь ко мне в окно главной башни Тибидохса, где, как ты знаешь, расположена моя алхимическая лаборатория, влетел насквозь мокрый, дрожащий купидончик в красных подтяжках... — сообщил Сарданапал.
Его усы немедленно сложились в два сердечка. Им нравилось слегка насолить хозяину. Скрывая улыбку, доцент Горгонова облизала губы .
— Купидон? К вам? Но ведь купидон — это амур, а амур...
Усы обиженно встопорщились. Правый попытался даже щёлкнуть Медузию по носу, но не достал.
— Мне не надо объяснять, что такое купидоны, — сухо произнёс Сарданапал. — Я не спутаю их ни с гарпиями, ни с домовыми, ни с членами команды Тибидохса по драконболу. Да будет тебе известно, цель его визита была далека от романтической. В наш скучный век в любви всё чаще объясняются по телефону. Стрелы амура уже больше никого не прошибают — кожа стала больно толстой, вот беднягам купидонам и приходится заниматься разноской почты. Должны же они как-то зарабатывать себе на нектар и амброзию?

Её всегда ужасно раздражали вопросы про учёбу. И не потому, что она училась плохо . Как раз совсем неплохо. Просто в этом вопросе была какая-то дежурность. Тане казалось, его задают от незнания, что ещё можно спросить у подростка, и ответ на него забывают через пять минут. Она обещала себе, что когда её совсем достанут, она тоже будет спрашивать у взрослых: «Работать успеваете?» — «Да!» — «Продолжайте в том же боевом духе!».

Любовь – это волны: нахлынула – отхлынула. Но даже когда волн нет и море спокойно, близкое присутствие океана ощущается. И вообще, любовь начинается не с размышлений, подходит тебе человек или нет , а с чужих грязных брюк, которые ты начинаешь зачем-то стирать в своей новенькой машинке.

Он шагнул к ней, она к нему. Два часа для прощания — так много и так мало. Таня долго потом помнила Ванькины поцелуи , а он — солоноватый вкус её слез.

– ... Решай! Ты отрекаешься от пчелы, я ее забираю, потом ухожу, и на этом наше общение заканчивается.
– Да…
– Да? Ты согласен?
– Да пошел ты! – договорил Макар.

Между двадцатью шестью и двадцатью годами разница — шесть лет, а между десятью и шестнадцатью — шестьдесят.

— ... Тот жук полз и через скалы, и по воздуху, и под водой, но чудовищно медленно... Что я с ним только не делал! Даже бросил в доменную печь. Жука вплавило в брусок, а он даже лап не опалил! Сомневаюсь, что он вообще догадывался о существовании печи. Просто полз себе и полз. Закончилось всё тем, что я забыл его в своём сейфе. За месяц он прополз через четыре сантиметра стали и куда-то сгинул.
— ... Ваш жук был... как трехмерная муха, которая бежит по плоской двухмерной картине. Вот она бежит эта муха, пробегает огонь , воду, атомный взрыв , солнце — и ничего не может её остановить. Муха даже не замечает их, потому что мухи не интересуются картинами.

А мне плохо оттого, что я никого не люблю. То есть, может, кого-то и люблю, но меньше, чем себя, а это все равно, что никого не любить , потому что это уже совсем не то.

Нельзя обижать слабых. Слабые хоть сдачи не дают, но вопить умеют громко.

Лучше красивая девушка без помады, чем помада, намазанная на противогаз.

– Кто толстуха, я? Почему мы, толстые люди , вечно обязаны слушать эти гадости? Наши царственные пропорции пытаются опошлить самым подлым образом! И главное, от кого я это слышу? От Аполлона Бельведерского? От красавца Прометея? От качка Геракла? Ничуть! От жалкой помеси поросёнка с клавиатурой компьютера! От ходячего кладбища котлет! Сливного бачка для пивных банок, который промазывает кремом складки на своём диатезном пузе! – оскорбилась Улита.

— Как-то ты это криво сказал! — заметила Дафна. — Всё равно что начинать признание в любви со слов: не в красоте счастье .