Цитаты на тему «» — страница 20

Я всегда считала, что истинную любовь определяет дух , хотя тело порой отказывается этому верить.

Дождь продолжался — жестокий нескончаемый дождь, нудный, изнурительный дождь; ситничек, косохлёст, ливень, слепящий глаза , хлюпающий в сапогах; дождь, в котором тонули все другие дожди и воспоминания о дождях. Тонны, лавины дождя кромсали заросли и секли деревья , долбили почву и смывали кусты. Дождь морщинил руки людей наподобие обезьяньих лап; он сыпался твёрдыми стеклянными каплями; и он лил, лил, лил.

Я не люблю машины. Я ненавижу Интернет, ненавижу компьютеры . Они мешают нам жить , они отбирают наше время . Люди слишком много работают за компьютерами, они слишком много болтают, вместо того чтобы слушать и слышать друг друга .

— Скажите ему, его сестра в аду, причем дважды, пусть пришлет святой воды. Ну, проваливайте! У меня своих дел полно.
— Каких примерно?
— Сблевать.

Потому что <...> Это одна из самых веских причин на свете. Оставляет большой простор для толкования.

О, тишина бывает самых разных оттенков.
Есть тишина летних ночей. Строго говоря, это не тишина, а наслоение арий насекомых, скрип лампочек в уличных фонарях, шелеста листьев. Такая тишина делает слушателя вялым и расслабленным. Нет , это не тишина! А вот зимняя тишина — гробовое безмолвие. Но она преходяща, готова исчезнуть по первому знаку весны. И потом — она как бы звучит внутри самой себя. Мороз заставляет позвякивать ветки деревьев и эхом разносит дыхание или слово, сказанное глубокой ночью. Нет. об этой тишине тоже не стоит говорить!
Есть и другие виды тишины. Например, молчание между двумя влюбленными, когда слова уже не нужны… <...> Это наиболее приятный вид тишины, правда тоже не совсем полный, потому что женщины всегда все портят: просят прижаться посильнее или наоборот, не давить так сильно. <...>
Лучший вид тишины постигаешь в себе самом. Там не может быть хрустального позвякивания мороза или электрическою жужжания насекомых. Мозг отрешается от всех внешних звуков, и ты начинаешь слышать, как кровь пульсирует в твоем теле.

Каждый человек интересен и оригинален, даже самый тупой и недалекий. Если правильно к нему подступиться, разговорить его, не мешать ему излагать свои мысли , а потом спросить: «Чего ты хочешь?» <...> — он расскажет вам о своей мечте. А когда человек говорит от сердца, в свой момент истины он говорит, как поэт .

Еще не было века, лишенного поэзии. Попробуйте отрицать ее, все равно она из вас выплеснется. Она гонит выших моряков к их кораблям, ваших летчиков — к их реактивным самолетам! Вся наука рождается из романтики .

Мне миллионы лет от роду, сказал он себе. Я родился минуту назад. Я ростом в дюйм, нет , в десять тысяч миль. Я опускаю глаза и не могу разглядеть своих ног, они слишком далеко внизу.

Родители иногда забывают, как они сами были детьми.

Всякий город – Нью-Йорк , Чикаго – со всеми своими обитателями издали кажется просто выдумкой. И не верится, что и я существую здесь, в штате Иллинойс, в маленьком городишке у тихого озера. Всем нам трудно поверить, каждому трудно поверить, что все остальные существуют, потому что мы слишком далеко друг от друга . И как же отрадно слышать голоса и шум и знать, что Мехико – Сити все еще стоит на своем месте и люди там все так же ходят по улицам и живут…

Центр мира может быть где угодно...

Возьми лето в руку, налей лето в бокал — в самый крохотный, конечно, из какого только и сделаешь единственный терпкий глоток; поднеси его к губам — и по жилам твоим вместо лютой зимы побежит жаркое лето…

В такие дни, как сегодня, мне кажется... что я буду один.

Никогда не подвергай сомнению чудеса , когда они происходят.

Немного простодушной веры, и с ее помощью они горы сдвинут.

— Крамли?
— Что?
— Я люблю тебя.
— Такая любовь в рай не приведет.
— Нет , — согласился я, — зато проведет сквозь тьму.

— Я тебе одно скажу, Дуг: ужасно люблю вечером ложиться спать! Так что уж один-то раз в день непременно бывает счастливый конец . <…> Но тогда я сразу вспомню, что вечером опять лягу спать и, как полежу немножко, все опять станет хорошо .

И он понял: вот что нежданно пришло к нему, и теперь останется с ним, и уже никогда его не покинет. Я ЖИВОЙ, — подумал он.

А сам думал: пой под окнами, пой под яблонями, пой во дворе, пока гитарные аккорды не достигнут её слуха, пока у неё не польются слёзы. Заставишь женщину плакать — считай, ты победил. Всю её гордыню как рукой снимет, и музыка тебе в этом поможет.