Цитаты на тему «» — страница 2

Мне всегда казалось, что пустые глазницы старинных особняков смотрят на меня с укором, как бы говоря «что ты с собой сделала?». Я смотрела на чёрные окна, вызывающе контрастирующие с белой лепниной, местами потрескавшейся, и снова не могла дышать. Они как символ подсознания, на антресолях которого хранится множество тайн. Мне хотелось перелезть через забор, забраться в окно первого этажа и включить свет . Через дверь было бы проще, но она заперта. Надо попробовать в окно , спрыгнуть в кромешную тьму и резким движением расправиться с ней, как будто пластырь сдираешь с разбитой коленки. Сначала можно ослепнуть, но очень скоро глаза привыкнут и увидят все как есть. Наверняка будут слезы , но потом обязательно наступит умиротворение, и я точно буду знать, что делать дальше. Жить с широко закрытыми глазами очень удобно, но прозреть – бесценно.

Долгом в семье является бескорыстная любовь . Каждый должен забыть своё «я», посвятив себя другому. Каждый должен винить себя, а не другого, когда что-нибудь идёт не так. Необходимы выдержка и терпение , нетерпение же может все испортить. Резкое слово может на месяцы замедлить слияние душ. С обеих сторон должно быть желание сделать брак счастливым и преодолеть всё, что этому мешает. Самая сильная любовь больше всего нуждается в ежедневном ее укреплении. Более всего непростительна грубость именно в своем доме, по отношению к тем, кого мы любим.

— Ты же хочешь меня!
— Да, Боже Иисусе! Я хочу тебя. И мне плохо без тебя. Ты, как наркотик для меня. Я видел людей, которые не могли достать опиум и мучились. Это почти то же самое. Я знаю, что случается с наркоманом. Он становится рабом, затем гибнет. Это почти случилось со мной. Но я избежал. И не хочу рисковать опять. Я не хочу гибнуть из-за тебя.

— Неужели тебе весело? – изумилась подруга.
— А что мне теперь, рыдать что ли? – ответила ей Екатерина Венедиктовна. – Ты же знаешь мой принцип: если можно что-то сделать – надо делать, если сделать ничего нельзя – надо принять все как есть. Но уж, во всяком случае, не плакать.

Есть только одна вещь, за которую имеет смысл бояться: это жизнь . Всё остальное не стоит ни малейших волнений.

Здравствуй, мама.
Опять у меня всё из ряда вон.
Мой мир строится/рушится/снова строится, как Вавилон.
Карета становится тыквой, а небо — дном.
И чёрт его, что потом.
Мама, правда , не говори мне «ищи, ищи».
Я б и рада ждать «того-самого-принца» с работы, варя борщи.
Я пыталась быть с тем, кто не чаял во мне души,
Но попытки мои неискренни и смешны.
А судьбу грех гневить — мне она , как знатному богачу.
Преподносит на выбор вина , хорошей выдержки и парчу.
И так много вариантов, которые по плечу,
Но, извольте, я не хочу.
Иногда я кажусь себе неудачно отлитым замком от дверей,
Для которого не потрудились придумать ключей.
Как щенок у бистро — накормленный, да ничей.
И забрали б его, да не льнёт к рукам — хоть убей.
Мама, правда , сама не знаю, что за напасть!
И не надо мне «ну и дура», да «зажралась».
Кости в число не попали, а карты в масть.
Где-то не приняли. Где-то — не прижилась.
Так все чувства мои превратились в ненужный хлам.
Так я стала немного выше любовных драм.
Всё по полкам, по чувству меры и по местам.
И я этому рада, мам.

Все просто… Друг — простит промах. Укажет на брешь, а не ударит в нее. Друг — поддержит, а не толкнет обратно в яму. Но тащить на себе не станет!

Солдаты на войне часто звереют, теряют облик.

... Люди слышат и видят вовсе не то, что им говорят и показывают, а то, что они хотят слышать и видеть.

– А ты смелая.
– Некоторые считают это наглостью.
– Смелость – это когда свои права отстаиваешь, а наглость – когда чужие себе забрать хочешь.

— Делай как Будда, детка. То есть, разделяя любовь нужны два сердца. Помни об этом, пока ты не вышла за Фаркуада.
— За Эдварда.
— Эй-Джей был один, он не мог сбежать, потому что в свитке сказано, что нужно разделить с кем-то свою жизнь . В этом смысл послания Будды.
— Можно обрести вечность ...
— Если быть с кем-то.

— Не все люди дурные. Не все причиняют зло .
— Нет , все, Мария. Ты тоже причинила его. Вонзила мне нож в спину.

Господи, о какой ерунде мы порой думаем, носимся с ней как с писаной торбой, считаем самым главным в этой жизни , а потом оказывается, что самое главное в жизни — это именно жизнь , и ради её сохранения можно пожертвовать чем угодно.

Восхитительно! Шовинизм цветет махровым цветом! Возмутиться не успела, так как мы подошли к моим дверям, Феликс распахнул створки и толчком отправил меня в комнату.
Хлопком включил свет , огляделся, поморщился и сказал:
— Все нужное принесут, я сейчас распоряжусь.
— Но…
— До ужина — никуда. Как разумное существо прошу!
— Теоретически разумное? — съехидничала я и независимо скрестила руки на груди.
— Судя по вашему поведению, и правда теоретически, — кивнул зеленый и быстро вышел, не оставляя мне шанса ответить.

Она истинное чудо. Сирена, так долго ускользавшая от меня и наконец появившаяся. Позволившая мне узнать то, о чем поведать могут лишь немногие.

Милицию у нас в стране не любят, так что милиционерам тоже трудно любить людей.

Жизнь исчисляется мгновениями! Вспышками — не достижениями. Их придумали люди . Любовью измеряется жизнь .

Для того, чтобы смотреть в глаза реальности, надо быть человеком зрелой души.

— Чтобы остаться ночью в доме с такой соблазнительной особой? Я боюсь нарушить священную клятву.
Скарлетт показала ему язык . Действительно, соблазнительная. Для слоненка, наверное.

— А если я хочу, чтобы эта любовь уже закончилась?
— Она закончится, только когда я умру…