Цитаты на тему «» — страница 6

Постарайтесь представить себе человека девятнадцатого столетия — собаки , лошади , экипажи — медленный темп жизни . Затем двадцатый век . Темп ускоряется. Книги уменьшаются в объеме. Сокращенное издание. Пересказ. Экстракт. Не размазывать! Скорее к развязке!
— Скорее к развязке, — кивнула головой Милдред.
— Произведения классиков сокращаются до пятнадцатиминутной радиопередачи. Потом еще больше: одна колонка текста, которую можно пробежать за две минуты, потом еще: десять — двадцать строк для энциклопедического словаря. Я, конечно, преувеличиваю. Словари существовали для справок. Но немало было людей, чье знакомство с «Гамлетом» — вы, Монтэг, конечно, хорошо знаете это название, а для вас, миссис Монтэг, это, наверно, так только, смутно знакомый звук, — так вот, немало было людей, чье знакомство с «Гамлетом» ограничивалось одной страничкой краткого пересказа в сборнике, который хвастливо заявлял: «Наконец-то вы можете прочитать всех классиков! Не отставайте от своих соседей». Понимаете? Из детской прямо в колледж, а потом обратно в детскую. Вот вам интеллектуальный стандарт, господствовавший последние пять или более столетий.

Странно, но я как будто не способен ничего чувствовать.

Слова листве подобны, и где она густа, так вряд ли плод таится под сению листа.

Спросите самого себя: чего мы больше всего жаждем? Быть счастливыми, ведь так?

— Ты будешь дома, когда начнётся программа Белого клоуна и придут гости ? — крикнула ему вслед Милдред.
Не оборачиваясь, Монтэг остановился в дверях.
— Милли!
Молчание .
— Ну что?
— Милли, Белый клоун любит тебя?
Ответа нет .
— Милли, — он облизнул сухие губы , — твои «родственники» любят тебя? Любят всем сердцем, всей душой? А, Милли?
Он чувствовал, что, растерянно моргая, она смотрит ему в затылок.
— Зачем ты задаёшь такие глупые вопросы ?
Ему хотелось плакать, но губы его были плотно сжаты, и в глазах не было слёз.

Где-то вновь должен начаться процесс сбережения ценностей, кто-то должен снова собрать и сберечь то, что создано человеком, сберечь это в книгах, в граммофонных пластинках, в головах людей, уберечь любой ценой от моли, плесени, ржавчины, тлена и людей со спичками.

Откуда эта опустошённость? — спросил он себя. — Почему всё, что было в тебе, ушло и осталась одна пустота ?

Нас слишком много. Нас миллиарды, и это слишком много. Никто не знает друг друга . Приходят чужие и насильничают над тобой. Чужие вырывают у тебя сердце , высасывают кровь . Боже мой, кто были эти люди ? Я их в жизни никогда не видел.

Следите, чтобы поток меланхолии и мрачной философии не захлестнул наш мир.

Они не убегали, ибо бежать было некуда.

В конце концов, мы живём в век , когда люди уже не представляют ценности . Человек в наше время — как бумажная салфетка: в неё сморкаются, комкают, выбрасывают, берут новую, сморкаются, комкают, бросают… Люди не имеют своего лица. Как можно болеть за футбольную команду своего города, когда не знаешь ни программы матчей, ни имён игроков? Ну-ка, скажи, например, в какого цвета фуфайках они выйдут на поле?

Пока весь народ – массы – не цитирует еще Хартию вольностей и конституцию, нет оснований для беспокойства.

Устраивайте разные конкурсы, например: кто лучше помнит слова популярных песенок, кто может назвать все главные города штатов или кто знает, сколько собрали зёрна в штате Айова в прошлом году. Набивайте людям головы цифрами, начиняйте их безобидными фактами, пока их не затошнит, ничего, зато им будет казаться, что они очень образованные. У них даже будет впечатление , что они мыслят, что они движутся вперёд , хоть на самом деле они стоят на месте. И люди будут счастливы, ибо «факты», которыми они напичканы, это нечто неизменное. Но не давайте им такой скользкой материи, как философия или социология . Не дай бог , если они начнут строить выводы и обобщения.

Солнце горит каждый день . Оно сжигает Время . Вселенная несется по кругу и вертится вокруг своей оси. Время сжигает годы и людей...

Но у человека есть прекрасная черта: если нужно начать всё с самого начала, он не отчаивается и не теряет мужества, потому что знает, что это очень важно и стоит усилий.

Знаете ли вы, почему так важны такие книги, как эта? Потому что они обладают качеством. А что значит качество ? Для меня это текстура, ткань книги. У этой книги есть поры, она дышит. У неё есть лицо . Её можно изучать под микроскопом. И вы найдёте в ней жизнь , живую жизнь, протекающую перед вами в неисчерпаемом своём разнообразии. Чем больше пор, чем больше правдивого изображения разных сторон жизни на квадратный дюйм бумаги, тем более «художественна» книга. Вот моё определение качества .

— Значит, вам уже всё равно?
— Нет , мне не всё равно. Мне до такой степени не всё равно, что я болен от этого.

Больше, лучше, сильнее, быстрее.

Вы какая-то особенная, на вас обижаешься и вместе с тем вас легко простить.

Они не знают, что вся их жизнь похожа на огромный пылающий метеор, несущийся сквозь пространство . Пока он летит, это красиво , но когда-нибудь он неизбежно должен упасть.